«Но как быть с тем, что я чувствую во время битвы? Ведь я знаю, что меня не могут ранить или убить! Я знаю, что могу одной лапой расшвырять целое вражеское племя! — думал он, не в силах смириться с ужасной мыслью о том, что он самый обыкновенный кот. — Но если это не так, то я всем на свете обязан Звездоцапу, и он был прав, когда потешался над моими глупыми мечтами!»

И тут на него обрушилась новая, еще более страшная, мысль.

«Если Ежевика мне не отец, то я не могу быть родственником Звездоцапа! Что он со мной сделает, когда узнает об этом?»

Дни бежали за днями. Лагерь был полностью восстановлен после пожара, Милли и Колючка вернулись в детскую, а счастливый Крутобок ни на шаг не отходил от них. Милли все еще была очень худа и слаба, но глаза ее вновь обрели здоровый блеск, и она ласково переплетала свой хвост с хвостом Крутобока. Ромашка с радостью встретила ее в детской, а маленькие котята сразу же затеяли возню с Колючкой.

С каждым днем ветра становились все холоднее, принося с собой дыхание приближающегося сезона Голых Деревьев. Дичь уже начала прятаться в норы, но Грозовое племя, пополнившись выздоровевшими охотниками, исправно наполняло кучу свежей добычей. Белка уже вернулась к исполнению своих обязанностей, и даже пострадавшие в грозу коты покинули пещеру целительницы.

Несколько дней назад Львиносвет заметил, что Белолапа заметно округлилась, а Березовик чуть не лопается от гордости и счастья. Значит, в Грозовом племени скоро снова появятся котята! Жизнь продолжалась, и все шло хорошо.

Но Львиносвет потерял покой и сон. Зловещее молчание Уголька грозовой тучей висело над его головой. Часто он ловил на себе тяжелый немигающий взгляд серого воина и с ужасом видел угрозу в его синих глазах. Чего дожидается Уголек? Львиносвет ни на миг не верил в то, что он решил скрыть тайну Белки. Уголек что-то затевает — но что?

Однажды, холодным и солнечным утром, Львиносвет вышел из воинской палатки и сразу увидел Уголька и Огнезвезда, стоявших над кучей с добычей. У Львиносвета похолодело в животе. Стараясь ничем не выдать своего волнения, он прошел к куче и вытащил мышь. Он знал, что не сможет проглотить ни кусочка, но все равно уселся неподалеку от старших воинов и насторожил уши.

— Скоро Совет, — сказал Уголек. — Ты не возражаешь, если я пойду?

Казалось, его слова слегка удивили Огнезвезда.

— Я обычно выбираю воителей перед самым Советом, но если ты настаиваешь…

— Спасибо, Огнезвезд.

Львиносвет украдкой поднял голову и увидел, что серый воин неторопливо направляется в сторону выхода из лагеря. Кусок мыши тяжелым камнем провалился в живот Львиносвета, а шерсть встала дыбом.

«Теперь я знаю, что задумал Уголек!» — пронеслось у него в голове. — «Он хочет открыть тайну Белки перед всеми племенами!»

Сонная Остролистая выбралась из палатки и подошла к брату.

— На старом месте, — прошипел он ей на ухо. — Я приведу Воробья.

Подбежав к палатке целителей, Львиносвет увидел, что Воробей сладко потягивается на своей подстилке. Листвичка еще спала.

— Львиносвет? — вскинул голову Воробей. — Что случилось?

— Надо поговорить.

Вместе они вышли на поляну и протиснулись за воинскую палатку, где уже ждала их Остролистая.

— В чем дело? — набросилась она на братьев, озабоченно сверкая зелеными глазами.

— Я только что услышал, как Уголек попросил у Огнезвезда разрешение пойти на Совет.

Остролистая выпустила когти и распушила загривок.

— Нет! — выдохнула она. — Он не может!

— Успокойся, — прикрикнул на нее Воробей. — Хочешь, чтобы сюда сбежалось все племя?

— Мы должны остановить его! — понизила голос Остролистая, но Львиносвет видел, что она до смерти перепугана. — Иначе он расскажет про нас всем племенам!

— Белка будет опозорена, — кивнул Львиносвет. — А нас с вами могут выгнать из леса.

— Что ты такое говоришь! — ахнула Остролистая. — Огнезвезд этого не допустит!

— Ему могут не оставить выбора, — вздохнул Воробей. — Ты же знаешь, что остальные племена постоянно упрекают Огнезвезда в том, что он принимает в племя чужаков. Часть наших соплеменников согласна с ними, они считают, что эти коты ослабляют Грозовое племя. Огнезвезд может пожертвовать нами ради своего племени.

Львиносвет похолодел. Во что ему теперь верить? Он так старался стать лучшим воином в племени, а теперь ему может угрожать изгнание, словно чужаку или преступнику!

— Может, стоит рассказать Белке? — неуверенно спросил он.

— С какой стати? — рявкнула Остролистая, терзая когтями пожухлую осеннюю траву. — Что она сможет сделать? И вообще, я больше не желаю разговаривать с этой лживой кошкой!

— Но никто, кроме нее, не сможет поговорить с Угольком и попытаться отговорить его, — напомнил Воробей.