– Что же, я поздравляю тебя с тем, что ты так далеко продвинулся в своих поисках. Как тебе удалось узнать это? – спросила я.

– Это обычная работа журналиста – выяснять правду.

– И все же это, наверное, была задача не из легких. Мне очень интересно, как далеко продвинулся ты в своих поисках.

– Наконец он сдался. Его лицо выражало живую заинтересованность.

– Все очень просто. Я узнал ее – или мне показалось, что я ее узнал.

– Ты ее узнал? Она такая известная личность или тебе раньше доводилось с ней встречаться?

– Я ее раньше видел, однако мне это могло только показаться.

– Где же ты мог ее видеть?

– На лестнице у здания суда. Это было несколько лет тому назад. Я, тогда еще молодой журналист, должен был писать об одном деле.

– Это сообщение несколько огорчило меня.

– Значит, у нее были неприятности с законом? – спросила я.

– Нет. Ей тогда было всего пять лет. Она ждала свою родственницу.

– Это произошло так давно? Но за эти годы девочка могла сильно измениться.

– Та маленькая девочка не была красавицей, но в ней было что-то особенное. У нее было очень запоминающееся лицо. Она казалась одинокой, но стойко переносила это свое одиночество. Я подумал, что она могла бы представлять интерес для художника. Казалось, что она готова встретить новые удары судьбы.

– И когда ты встретил ее уже юной девушкой, ты сразу же ее узнал?

– Сначала увидел только больную и грязную нищенку. Но вскоре я заподозрил, что она не является отпрыском той ужасной женщины, у которой я ее купил. Она была образованной, у нее были хорошие манеры. И только в тот день, когда я привез ее в школу в Фашиа Лодж, нарядно одетую и с красивыми локонами на голове, мне показалось, что она напоминает мне другую такую же несчастную юную леди. Но как ты сказала, это было много лет назад. И моя догадка так и останется догадкой, если мы не найдем ей соответствующего подтверждения.

– Кто она? – взмолилась я.

– Именно это я и хочу сейчас узнать. Если мое предположение окажется верным, я смогу с уверенностью сказать, что вся эта история началась много лет назад, еще до ее рождения. Вот и все, что мне на данный момент известно. Если мне что-нибудь удастся узнать, я вернусь.

– Я не вынесу этого ожидания.

Он снова улыбнулся своей горькой улыбкой:

– Ты никогда не умела ждать.

– Я сделала вид, что не заметила этой его колкости. – Я хотела сказать, что могла бы помочь тебе.

– Тогда найди ее, – резко сказал он. – Ты же ее потеряла. Если бы она была твоей собственной дочерью, что бы ты сделала в этом случае? Ты искала бы ее до тех пор, пока

не истерла бы в кровь ноги. А пока, – спокойно сказал он, – ты можешь скоротать время за чтением.

На этот раз я ему ничего не ответила. Он вытащил из кармана небольшую брошюру.

– Что это? – спросила я.

– То, что должна знать любая уважающая себя женщина, – сказал он. – Почитаешь на досуге.

Больше он мне ничего не сказал. Из нагрудного кармана пиджака он достал маленький кожаный бумажник. В нем находилась только одна-единственная вещь – клочок пожелтевшей от времени бумаги.

– Что это?

Письмо от любимого человека, – сказал он. Его лицо слегка покраснело. Похоже, что он пытался сдержать злость. – Оно было написано много лет назад. Все эти годы я носил его возле своего сердца, но не потому, что оно было мне так дорого, просто я хотел уберечь свое сердце от новых ран.

Тогда пусть это письмо там и остается – в целях защиты.

– Совсем необязательно! – с горечью сказал он. – После того как я снова увидел тебя, я чувствую себя на удивление защищенным.

После этого мы расстались. Душа человеческая все-таки странная вещь. Несмотря на все его оскорбления и обвинения, я была рада, что он оставил мне хотя бы какую-то свою вещь, как когда-то оставлял мне свои книги. Честно говоря, мне даже хотелось, чтобы он скорее ушел, чтобы я смогла прочитать те пожелтевшие от времени документы, которые он мне оставил. Больше всего меня интересовало письмо, которое он хранил возле своего сердца. Именно оно сможет объяснить, почему он разочаровался в любви.

Первый документ представлял собой какой-то отчет. Он назывался «Открытое обращение Лондонского общества защиты молодых женщин и борьбы с детской проституцией». На документе стояла дата – май 1835 года.

Было доказано, что четыреста человек зарабатывали себе на жизнь тем, что похищали молоденьких девушек в возрасте от одиннадцати до пятнадцати лет с целью сделать из них проституток. Они не гнушались никакими средствами для того, чтобы заманить жертву, и как только на улице появлялась маленькая девочка без провожатых, за ней сразу начинал следить один из этих безжалостных негодяев и под любым предлогом заманивал ее в обитель позора и разврата. Как только ничего не подозревающая беспомощная девушка попадала в капкан, она становилась жертвой их преступных замыслов. С нее снимали одежду, в которую ее одели заботливые родители или друзья, обряжали в жуткие лохмотья и заставляли заниматься проституцией, а потом отдавать свой заработок хозяину или хозяйке. Таким образом, она становилась приманкой для представителей противоположного пола. Причем встать на путь добродетели у этих девушек не было никаких шансов, потому что их бдительно охраняли, и если какая-либо из них предпринимала попытку бежать, то ее подвергали суровому наказанию, а иногда даже жестоко избивали. Постепенно девушка становилась безразличной ко всему и не задумывалась над тем, что ожидает ее в будущем. Почти никому из таких девушек не удается избежать и заражения инфекционными заболеваниями. Установлено, что уже примерно через одну-две недели после того, как они начинают заниматься проституцией, эти юные девицы заражаются различными болезнями. Потом хозяева отправляют их в больницы под вымышленными именами или оставляют умирать прямо на улице. И зачастую уже через несколько недель невинность, здоровье и красота исчезают, уступая место отчаянию, болезням и смерти.