Джеймс минуту помолчал.

– И тебе нравится жизнь в маленьком городке?

– Да. Я успела устать от оживленной городской жизни. Я достаточно пожила в больших городах, прежде чем вернуться в Чэстлком. В Лондоне я жила с тех пор, как окончила университет. И мне этого, – добавила Роуз, – оказалось более чем достаточно. Скажи, Джеймс, а ты не собираешься жениться?

– Нет. Один раз меня уже женили. – Его серые глаза посуровели. – А я никогда дважды не наступаю на одни и те же грабли.

На несколько минут в комнате воцарилось молчание. Наконец Роуз не утерпела и повторила свой вопрос:

– Так зачем ты приехал? Мы могли уладить все в письменной форме.

Джеймс посмотрел на нее и спокойно ответил:

– Мы еще не все выяснили.

– Ах, не все выяснили?! – закричала Роуз, гневно блестя глазами. – Ты приказал мне убираться из твоей жизни, что я и сделала! По-твоему, это еще не конец?

– Я тогда просто не подумал, – парировал Джеймс. – Ради бога, мне было только двадцать два года!

– А мне только восемнадцать! – отвечала она. – Я была ребенком по сравнению с тобой. Как ты мог так жестоко поступить?!

Джеймс посуровел.

– Я был в бешенстве и очень разочарован. Я не ожидал такого удара исподтишка.

– Да, удар воистину оказался тяжелым, – ледяным тоном отметила Роуз. – А твой расчет был сатанински верным. Ты нанес свой удар в середине моей первой сессии. Ты-то свою сдал. Кстати, прими мои запоздалые поздравления – я слышала, ты защитил свои два диплома.

– Ты ведь тоже сдала экзамены, несмотря ни на что!

– Да, но чего мне это стоило! Просто чудо, что я сдала их при создавшихся обстоятельствах. Мне в жизни не приходилось потом делать над собой такие усилия. Я вынуждена была сразу после сессии уехать за границу, чтобы прийти в себя и позабыть тебя. – Губы у нее скривились. – Сейчас все кажется таким странным. Не могу понять, как я позволила мужчине настолько нарушить мой душевный покой. Мне хотелось только одного – забыть, что когда-либо встречала тебя, и никогда больше тебя не видеть, даже оставаясь твоей законной женой. – И как, удалось?

– О, да! – Улыбка у нее стала ледяной. – Раны на сердце со временем зарастают. – А куда ты тогда уехала? Я пытался найти тебя, дозвонился до твоей тети. Она сказала, что ты работаешь за границей.

– Минерва узнала, что одной семье в Португалии нужна няня на лето. И я уехала, решив, что так будет лучше, хотя мне и было безумно больно. Джеймс пристально посмотрел на нее. – А почему тебе было так больно?

Роуз с трудом сдержалась, чтобы не заорать на него снова.

– Может быть, я слишком ранима? Я пребывала в уверенности, что жду ребенка, если помнишь. Когда выяснилось, что нет, я была просто в шоке. В отличие от тебя, – едко добавила она. – Ты сказал мне тогда такие слова, которые забыть и простить невозможно.

Джеймс выглядел смущенным.

– Роуз, тебе станет легче, если я признаюсь, что чертовски сожалел о них потом?

– Не беспокойся, прошло слишком много времени, чтобы они до сих пор для меня что-то значили. – Роуз встала, в надежде, что, если она предложит ему еще виски, он поймет, что пора прощаться. – Хочешь выпить еще?

– Да, пожалуйста. – Джеймс протянул свой стакан, не обращая внимания на ее ледяной взгляд. – Послушай, Роуз, – медленно произнес он, – твое письмо неожиданно напомнило мне о незавершенных отношениях между нами. Я не буду утверждать, что помнил о тебе каждую минуту за прошедшие десять лет, но время от времени вспоминал. – Он в упор посмотрел на нее. – Скажи мне правду хоть сейчас. Ты действительно хотела заманить меня в ловушку?

– Ерунда это все. – Роуз недоуменно пожала плечами. – Я действительно очень старалась, чтобы ты полюбил меня, но никаких ловушек я не расставляла. План принадлежал Корнелии Лонгфорд, и, признаюсь, я действительно следовала ему, вот и все.

Джеймс угрожающе посмотрел на нее.

– Значит, ты действительно все делала по плану?!

– Именно. Кон разработала целый проект с несколькими этапами. И все идеально сработало. – Роуз даже испытала удовлетворение, увидев его реакцию.

– Ты забросила наживку, а я заглотнул ее заодно с крючком и даже поплавком, – с отвращением произнес Джеймс.

Втайне наслаждаясь эффектом, который вызвало ее признание, Роуз подробно описала, каким образом ее подруги добыли необходимую информацию о легендарном Джеймсе Синклере, чтобы Роуз смогла сыграть для него роль родственной души.

– Я, наверное, тогда сошла с ума, – невесело добавила она, – до встречи с тобой мои старания поддерживать форму сводились к редким посещениям класса аэробики. Но Кон настояла, чтобы я отправилась на стадион и там столкнулась с тобой как бы случайно.

– И ты действительно выходила на пробежку так рано только для того, чтобы столкнуться со мной? – озадаченно спросил Синклер.