Она уставилась на меня, не понимая моего юмора. Ее сердцебиение ускорилось, от злости? От страха? Спустя секунду, она опустила глаза.

— К чему ты вчера устроил эту пробку? — спросила она, не все ещё не поднимая глаз. — Мне показалось, что ты просто решил притворяться, что меня не существует, но не доводить меня до смерти!

Все еще очень злая. Будет несколько сложно поменять её мнение. Я вспомнил о то, что решил быть с ней честен.

— Я устроил это только ради Тайлера, не для себя. Мне надо было дать ему шанс, — затем я рассмеялся. Я не мог сдержать себя, вспомнив ее вчерашнее выражение лица.

— Ты… — задохнулась она, но затем оборвала фразу, потому что была слишком взбешена, чтобы закончить. И вот оно — то же выражение. Я подавил еще один смешок. Её это очень взбесило.

— И я не притворяюсь, что тебя не существует, — закончил я.

Нужно было произнести это небрежно, будто я поддразниваю её. Она не поймет меня, если я покажу ей свои истинные чувства. Я испугаю ее. Мне надо было держать свои чувства в узде, сохраняя непринужденность.

— В таком случае ты собираешься довести меня до смерти? Потому что у Тайлера с его фургоном это не получилось?

Злость прошибла меня словно удар током. Как она могла сама поверить в это?

Меня взбесило то, что я чувствовал себя таким оскорбленным. Она не знала о перемене, которая произошла ночью. Но я все так же злился на ее слова.

— Белла, это просто абсурд, — огрызнулся я.

Ее лицо вспыхнуло, и она повернулась ко мне спиной. Она стала уходить.

Я чувствовал себя виноватым. У меня не было прав на злость.

— Постой, — взмолился я.

Она не остановилась, поэтому я пошел за ней.

— Прости, за то, что я груб. Но я не отрицаю, что был таким, — было просто глупо представить, что я мог желать навредить ей. — Н все-таки с твоей стоны неправильно было говорить так.

— Почему бы тебе не оставить меня в покое?

Поверь мне, хотелось мне сказать. Я старался.

Ах да, и еще. Я полностью и безоговорочно в тебя влюблен.

Не перегнуть палку.

— Я хотел тебя спросить кое о чем, но ты не позволила мне и рта раскрыть, — ее реакция снова повторилась и я засмеялся.

— У тебя раздвоение личности? — спросила она.

Наверное, это действительно было похоже на то. Мое сознание было неустойчивым, так много новых эмоций бурлило во мне.

— Ты снова это делаешь, — заметил я.

Она вздохнула.

— Ну, хорошо. О чем ты хочешь спросить?

— Я хотел узнать на счет субботы, — я видел, как на её лице проступает потрясение и издал еще один смешок. — На счет дня весенних танцев…

Она прервала меня, в конце концов, посмотрев мне в глаза.

— Ты смеешься?

Да.

— Ты дашь мне закончить?

Она молча ждала, закусив нижнюю губу.

На секунду это отвлекло меня. Странная, незнакомая реакция появилась в моей давно забытой человеческой сути. Я попытался выкинуть ее из головы и дальше играть свою роль.

— Я слышал, что ты собираешься в Сиэтл в этот день, и мне интересно, можно ли тебя подвести? — предложил я.

Я осознал, что будет лучше, если я разделю с ней ее планы, а не буду просто узнавать о них у нее.

Она уставилась на меня с отсутствующим выражением на лице.

— Что?

— Ты не возражаешь, если я отвезу тебя в Сиэтл? — наедине с ней в машине… Мое горло загорелось от одной только мысли об этом. Я глубоко вздохнул. Я смогу.

— С кем? — спросила она, ее глаза были широко открыты и смущены.

— Со мной, конечно, — медленно сказал я.

— Почему?

Неужели её настолько поражало, что я хотел составить ей компанию? Она, должно быть, приписала к моему прошлому поведению самые ужасные причины.

— Ну, — сказал я небрежно, насколько было возможно. — Я планировал поехать в Сиэтл на следующих выходных, и, если быть честным, я не уверен, что твой грузовик справиться, — кажется, что задирать ее было лучше, чем быть серьезным.

— Мои грузовик справляется со всем очень хорошо, спасибо за заботу, — сказала она это немного удивленным тоном.

Она снова начала идти. Я шел рядом.

Она не сказала «нет», и я пользовался этим преимуществом.

Скажет ли она «нет»? Что я буду делать, если она скажет?