Я вздохнул и сел на валун, находившийся поблизости. Это не займет много времени.

Но Эмметт почти заканчивал. Он дал медведю еще одну попытку оторвать себе голову очередным сильным ударом лапы, смеясь, в то время как удар отскочил рикошетом, от чего тот отшатнулся назад. Медведь зарычал и Эмметт тоже сквозь смех. Затем он бросился на животное, которое было на голову выше его, стоя на задних лапах, и их тела упали на землю, скрутившись вместе, повалив собой старую ель. Рычание медведя с булькающим звуком оборвалось.

Спустя несколько минут Эмметт резко повернулся в ту сторону, где я его ждал. Его рубашка была испорчена, разорвана и испачкана кровью. Его темные вьющиеся волосы были не в лучшем виде. У него на лице растянулась широкая ухмылка.

— Этот был сильным. Я почти это почувствовал, когда он цапнул меня.

— Ты такой ребенок, Эмметт.

Он разглядывал мою приглаженную, чистую, белую, застегнутую на пуговицы рубашку.

— Ну, а ты выследил пуму?

— Конечно, да. Просто я не ем как дикарь.

Он захохотал своим рокочущим смехом.

— Были бы они сильнее. Стало б забавнее.

— Никто не говорил тебе драться со своей едой.

— Да, но с кем же тогда мне драться? Вы с Элис жульничаете, Роуз никогда не захочет испортить прическу, а Эсме сойдет с ума, если Джаспер и я по-настоящему сразимся?

Эммет ухмыльнулся и немного передвинулся.

— Жизнь сложна со всех сторон, разве не так?

— Ну же, Эдвард. Просто выключи свои способности на минуту и сразись честно.

— Это не выключается, — напомнил я ему.

— Удивляюсь, как эта девушка не поддается тебе? — задумался Эмметт. — Может, она даст мне несколько подсказок.

Все намеки на шутки растворились.

— Держись от нее подальше, — прорычал я сквозь зубы.

— Какие мы обидчивые.

Я вздохнул. Эмметт подошел, чтобы сесть рядом со мной на камне.

— Прости. Я знаю, какого тебе. Я и вправду пытаюсь не быть слишком бестактным слабаком, но это мое обычное состояние с тех пор…

Он ждал, что я рассмеюсь его шутке, а потом скорчил гримасу.

— Такой серьезный все время. Что подслушиваешь сейчас?

— Думаю о ней. Ну и беспокоюсь, если честно.

— Есть о чем беспокоиться? Ты же здесь.

Он громко засмеялся.

Я опять проигнорировал его шутку, но ответил на его вопрос.

— Ты когда-нибудь думал о том, какие они все хрупкие? Как много всего страшного может случиться со смертными?

— По правде говоря, нет. Хотя кажется, я понимаю, о чем ты. Ведь тогда у меня не получилось одолеть медведя.

— Медведи, — пробормотал я, прибавив новый страх ко множеству прочих. — Это просто будет ее удачей, разве нет? Заблудившийся медведь в городе. Который, конечно, направится к Белле.

Эмметт захихикал.

— Ты рассуждаешь как ненормальный, знаешь об этом?

— Эмметт, просто представь на минутку, что Розали — человек. И она может столкнуться с медведем… Или ее может сбить машина… А еще лучше — упасть с лестницы… Или заболеть!

Слова вырывались у меня с неистовством. Стало легче оттого, что я выговорился — они мучили меня изнутри на протяжении всех выходных.

— Пожары, землетрясения, торнадо! Ух! Когда ты в последний раз смотрел новости? Ты видел, что с ними происходит? Кражи с взломом и убийства…

Я стиснул зубы и внезапно так разозлился от мысли, что ей может сделать какой-нибудь маньяк, что не мог дышать.

— Эй, эй! Притормози, парень. Она живет в Форксе, помнишь? Так что ее в худшем случае может смыть дождем.

Он пожал плечами.

— Мне кажется она крайне невезучая, Эмметт, честно. Посмотри на факты. Из всех мест на свете, куда она могла поехать, она очутилась в городке, где вампиры составляют значительную часть населения.

— Да, но мы вегетарианцы. Так разве это невезение?

— Учитывая то, как она пахнет — определенно невезение. И, кроме того, большее невезение, то, как она пахнет для меня.

Я сердито посмотрел на свои руки, испытывая ненависть.

— За исключением того, что ты обладаешь невероятным самообладанием, лучшим, чем у кого-либо ещё, не считая Карлайла. И снова удача.

— А фургон?

— Это была просто случайность.

— Тебе нужно было видеть, как он надвигался на нее, Эм… Я клянусь, казалось, будто она притягивала его словно магнит.