Честер подал знак, и колонна остановилась. Они достигли воды, которая простиралась во все стороны, насколько хватало глаз. На поверхности плавали растения и всякий мусор, а небольшие водовороты свидетельствовали о наличии подводной жизни. Гриффин вздрогнул. Реализм. Хендерсон о чем-то совещался с Мейбангом, но Алекс не мог ничего разобрать. Он вернулся к Мэри-Эм.

— Похоже, вы давно участвуете в играх.

— О да!

— А многих вы знали раньше? — небрежно спросил он.

— Вы хотите сказать, до начала этой игры? — она задумчиво почесала затылок. — Ну, с Честером мы старые друзья. Я опекала его, когда он впервые выступил в роли Мастера.

— Давно это было?

— Семь лет назад. «Экспедиция в гиперборейскую эру за Змеиным Кольцом Сета с пальца Тот-Амона», — она довольно хмыкнула. — Там было столько работы для вора.

— Тяжело пришлось?

— Ты не поверишь. Честер потерял три четверти команды, но Мастер был наказан Ассоциацией за грязную игру.

— Трудно себе представить, чтобы вы на что-то жаловались, Мэри.

— Мэри-Эм, Гриффи.

— Тогда Гриффин, Мэри-Эм.

По поверхности воды что-то двигалось. Лодки? Да, несколько грубых каноэ плыли к берегу. Они мерцали и колебались, а их движение было таким же медленным, как перемещение солнца по небосклону. Теперь все игроки собрались у кромки воды, и Гриффин стал вглядываться в даль, заслонив ладонью глаза от ярких лучей искусственного солнца Парка Грез.

К ним приближались шесть каноэ, и каждое было достаточно велико, чтобы вместить нечто большее, чем двух сидящих в нем гребцов.

— Что это?

— Похоже на транспортные средства, Гриффин.

— Куда мы направляемся?

Она ответила ему улыбкой, означавшей: «Молчи и смотри».

Хендерсон помахал рукой гребцам. Ответа не последовало, и даже на расстоянии Алекс увидел, как напряглось тело Честера. Мастер воздел к небу свои худые руки и произнес заклинание. Зеленое сияние окутало его тело, а затем скользнуло по воде и окружило каноэ. Когда они засветились зеленым, Честер расслабился и снял заклинание.

Теперь гребцы были ближе. Они казались неестественно тихими. Даже весла, погружаясь в воду, не издавали ни звука.

Шедшее впереди каноэ уткнулось носом в липкую грязь. Сидевшие в нем люди обменялись приветствиями с Касаном.

— Вы знали его раньше? Нашего проводника?

Мэри-Эм удивленно посмотрела на него.

— До игры нет. Откуда?

Гриффин выругался про себя. Окружающая обстановка мешала ему выполнять свои профессиональные обязанности. Здесь он не мог просто выстраивать предположения, а затем задавать вопросы.

— Просто мне показалось, что я где-то видел его раньше. Забавно.

— Почему забавно? Он ведь профессиональный актер. А теперь, будь добр, заткнись и не мешай мне наслаждаться игрой.

Мэри-Эм довольно сильно ткнула его локтем в живот. У Гриффина перехватило дыхание.

Она была одной из трех. Честер Хендерсон, Алан Лей и Мэри-Марта Корбетт уже бывали в игровом поле А во время предыдущих игр. Провались оно все пропадом! Он должен задавать ей вопросы, но не обязан получать от этого удовольствие.

Хендерсон собрал всех вокруг себя.

— Эти туземцы — агайамбо. Они представляют собой следующее звено цепочки, которая приведет нас к цели. Разбейтесь по трое и приготовьтесь занять места в каноэ.

— Мы вместе? — полушутя спросил Гриффин.

— Попробуй избавиться от меня, красавчик, — ответила Мэри-Эм.

Они присоединились к Руди Дрегеру, пухлому инженеру, который вытащил Гриффина из трясины, и уселись между двумя молчаливыми гребцами.

Каноэ пересекли полоску чистой воды и углубились в заросший желтыми и зелеными растениями канал. Казалось, здесь все застыло в агонии, задохнувшись от недостатка питательных веществ. Побеги и корни росли так быстро, что убивали и самих себя, и всю экосистему канала.

Они продвигались ужасно медленно. Переднее каноэ то и дело останавливалось, чтобы гребцы при помощи длинного ножа могли обрубить мешавшие движению лианы. Наконец Гриффин расслабился. Он откинулся назад и заговорил с Мэри-Эм, которая что-то почти беззвучно напевала, а ее маленькие быстрые глазки не переставали изучать окружавшие их заросли.

— Как случилось, что вы увлеклись всем этим?

— А вы случайно не психиатр? Чем вы занимаетесь? Я имею в виду работу. Немногим удается заработать себе на жизнь тем, что они суют нос в чужие дела.

— Я владелец бара «Гаваган» в Парке Грез, — ложь далась ему с трудом, и он, удивившись, мазохистски заставил себя продолжить объяснение. — Моя работа заключается, в основном, в приготовлении пищи и обслуживании. Специальными эффектами занимается Парк. Но беседа с посетителями — тоже часть моей работы. Так как насчет вас?

— Я ушла в отставку в тридцать пять лет.

Гриффин присвистнул.

— Неплохо, — он опустил пальцы в воду, но вдруг вспомнил о водоворотах, которые наблюдал, стоя на берегу, и отдернул руку. — Как вам это удалось? Лишились пальца на работе?