Наконец Карен шумно сглотнула слюну.

— Ты чего-то недоговариваешь, Тай. Чарльз с этим связан, да? И сильнее, чем ты допускал?

— Да.

— Мой муж… — С губ Карен сорвался горький смешок. — Он всегда ставил против тренда. Еретик — так он себя называл. Красивое словечко для того, кто думает, что он умнее всех. Будь осторожнее, Тай, что бы ты там ни собирался делать.

— Я — коп, Карен, — напомнил Хоук. — Копы никогда не забывают про осторожность.

— Нет, Тай, копы арестовывают людей, замеченных в преступной деятельности. Я не знаю, зачем ты туда едешь, но понимаю, что это как-то связано со мной. И меня это пугает, Тай. Ты должен быть уверен, что поступаешь правильно, понимаешь?

Хоук еще раз посмотрел на усатую физиономию.

— Не сомневайся.

Что-то странное закралось в мысли Карен в тот вечер после разговора с Таем.

Насчет того, что он выяснил.

Сначала ее это порадовало. Связь между происшествиями. Установленная с ее помощью.

Потом радость ушла. Ей стало как-то не по себе. Двух людей, связанных с ее мужем, убили, чтобы что-то скрыть. И возникли подозрения, что Чарльз как-то в этом замешан. Подозрения, в значительной мере основанные на том, что Тай говорил ей далеко не все.

Джонатан Лауэр работал у Чарли. У паренька, который погиб в день взрывов на Центральном вокзале, в кармане нашли листок с именем и фамилией Чарли. Банковская ячейка со всеми этими деньгами и фальшивым паспортом. Танкер, как-то связанный с компанией Чарли. «Дельфин ойл».

Она не знала, куда все это выведет.

В одном сомнений не было: мужчина, с которым она прожила восемнадцать лет, занимался чем-то таким, о чем она не имела ни малейшего понятия, а Тай говорил ей не все, что знал.

Не следовало забывать и вот о чем: немалая часть жизни, которую она вела последние восемнадцать лет, все эти маленькие мифы, в которые она верила, на поверку оказались ложью.

Но было и что-то еще. Не страх за свою семью. Не сочувствие к тем двоим, что умерли. А ведь их смерть — Карен все более склонялась к этой мысли, хотя верить в нее ой как не хотелось — имела самое непосредственное отношение к Чарли.

Наконец она поняла, что ее тревожит. Хоук. Что он собирался сделать?

Раньше до нее как-то не доходило, а теперь Карен поняла. Она уже привыкла полагаться на него. И знала, по тому, как он на нее смотрел на том футбольном матче, по тому, как вспыхнули его глаза, когда он увидел ее в полицейском участке, что он готов для нее на все. Что она ему небезразлична.

И, что самое важное, то же чувство испытывала и сама Карен.

Но и этим дело не ограничивалось.

Она не сомневалась, что он может совершить что-то необдуманное, выйти за пределы допустимого. Что может оказаться в опасности. Дайц был убийцей. А Хоук что-то скрывал. Что-то связанное с Чарли.

Потому что оберегал ее.

После его звонка она осталась на кухне, разогревая в микроволновке замороженную пиццу для Алекса, который, похоже, теперь только этим и питался.

Когда микроволновка звякнула, давая знать, что пицца готова, Карен позвала сына, посидела с ним у стола, слушая его рассказ о прошедшем дне: он получил пятерку по европейской истории, и его выбрали сопредседателем комитета по сбору средств для строительства приюта в рамках программы «Дети в беде». Она могла им гордиться. Потом они договорились, что вместе посмотрят шоу «Вечерние огни».

Поев, он поднялся наверх, а Карен еще посидела на кухне, глубоко задумавшись.

Неожиданно для нее — для них — между ними что-то возникло.

Определенно возникло.

Поэтому после того, как они посмотрели телевизор и Алекс, пожелав ей спокойной ночи, ушел к себе, Карен прошла в кабинет и сняла трубку с телефонного аппарата. Под ложечкой сосало, как у школьницы, но ее это не остановило. Она набрала его номер, ладони вспотели. Он ответил на втором гудке.

— Лейтенант! — Она ждала, что он ее поправит: не лейтенант — Тай.

— Да? — Не поправил.

— Будь осторожнее.

Он попытался отшутиться, мол, такое для него не впервой, но Карен его оборвала:

— Не надо. Не надо. Не заставляй меня пережить все это вновь. Пожалуйста, будь осторожнее, Тай. Это все, о чем я тебя прошу. Ты слышишь?

— Да, слышу, — ответил он после секундной паузы.

— Хорошо, — выдохнула она и положила трубку.

Карен еще долго сидела на диване, подтянув колени к груди. Чувствовала, как по телу разливается страх, совсем как в тот день, в маленьком самолете, когда крутились пропеллеры, а Чарли махал рукой с балкона. Теперь она боялась, что больше не увидит Хоука.

— Будь осторожен, Тай, — прошептала она и закрыла глаза. — Я не выживу, если потеряю и тебя.

Выехав из Стэмфорда на А-95, Хоук буквально через милю свернул на шоссе Нью-Джерси-Тернпайк, южнее моста Джорджа Вашингтона.

И покатил по нему в южную часть штата, мимо болот Мидоу-лэндс, мимо многочисленных линий электропередачи, промышленных зон, аэропорта Ньюарка.

Через два часа он свернул на шоссе, ведущее в округ Бирлингтон, и продолжил путь уже по местным дорогам, мимо маленьких сонных городков вроде Коламбуса и Маунт-Холли, забираясь все дальше в глубинку, так непохожую на индустриальный север.