— Ходжес! — Хоук спустился со ступенек, нацелил пистолет на пикап. Ходжес развернул автомобиль и рванул к дороге. Хоук попытался взять на мушку одно из задних колес. — Стой! — крикнул он вслед, но едва расслышал собственный голос.

Он наблюдал, как пикап поворачивает на дорогу и удаляется в облаке пыли.

В голове сидела одна мысль.

Он во что-то впутался — и тут же получил по мозгам.

Более того, он уже никого не представлял. Не служил закону, не искал правды, даже не помогал Карен.

Осталось лишь одно — жгучее желание узнать, что все это значило.

Бок горел огнем.

Шея раздулась, в два раза увеличившись в размере. Он с трудом мог сглотнуть.

Каждый вдох отдавался в ребрах такой болью, будто он отработал десять раундов с тяжеловесом. На груди краснело пятно чужой крови.

Он не знал, во что все это выльется.

Хоук вернулся в кабинет, взял распечатанные листы и потащился к своему автомобилю.

И тронулся в обратный путь. Подумал о Джессике… подумал, как крупно ему повезло, раз уж он остался жив.

«Глупо, Тай, как же все глупо».

Он попытался проанализировать сложившуюся ситуацию. Все его поступки лежали за рамками закона. Он вломился в дом Дайца. Вооруженный табельным пистолетом. Не поставив в известность местную полицию. И Ходжес… он выживет. Но это еще не все. Дайц узнает о случившемся. И те, на кого он работает. После чего они попытаются разобраться с ним. Конечно, они не могли знать, что он действовал в одиночку. И — это его немного успокаивало — они не могли знать, что в деле замешана Карен.

Даже в такой гребаной истории нашлась светлая сторона.

Ему потребовалось больше трех часов, чтобы добраться до дома. Порог он переступил уже после полудня. В изнеможении рухнул на диван. Осмотрел бок, откинул голову назад, закрыл глаза, в какой уж раз обдумывая содеянное. Он нарушил закон. Не один — много законов. Его стараниями угроза могла нависнуть над Карен. Он дал присягу служить закону, делать все, как требует закон, и что из этого вышло?

Хоук снял с себя окровавленную одежду, скатал в комок, бросил в чулан. Даже простое поднятие рук отдавалось болью во всем теле. Рваная рана на боку уже затянулась корочкой крови. На шее и груди ярко краснели полосы. Хоук посмотрел на себя в зеркало, поморщился. Не мог понять, нужно ли обращаться к врачу. Голова работала плохо. Хотелось спать. Он чувствовал себя невероятно одиноким… И впервые в жизни не знал, что ему делать.

Вновь сел на диван. И понял, что есть только один человек, которому он может позвонить.

— Тай?..

— Карен, послушай, ты мне нужна, — пробормотал он. — Здесь. — В голосе слышалась мольба. Он шумно втянул воздух.

— Тай, у тебя все в порядке? — разом встревожилась Карен. — Я не нахожу себе места. Звонила тебе. Ты не брал трубку.

— Карен, кое-что случилось… Приезжай. Пожалуйста… — Его смаривал сон. Он продиктовал адрес.

— Уже еду. У тебя такой голос, Тай!.. Ты меня пугаешь. Скажи, тебе что-нибудь нужно?

— Да. — Его голова откинулась на спину дивана. — Дезинфицирующее средство. И вата с бинтами.

Хоук доплелся до двери, когда услышал ее стук. В трусах и халате, который скрывал раны. Улыбнулся, на бледном лице читалось: «Мне очень жаль, что я тебя в это втянул». А потом он просто привалился к ней.

Она в ужасе уставилась на него:

— Что случилось, Тай?

— Я нашел дом Дайца. Просидел около него всю ночь. Решил, что там никого нет. Утром вошел.

— Он был там?

— Нет. — Хоук взял из ее рук пакет с покупками: дезинфицирующее средство, мазь с антибиотиком, вата, марлевые салфетки, пластырь. Прихрамывая, он вернулся к дивану и сел. — Зато пришел Ходжес.

На ее лице отразилось недоумение.

— Ходжес?

— Второй свидетель наезда на Эй-Джея Раймонда. Я думаю, они работали вместе. Напарники.

— Напарники?

Вот тут взгляд Карен остановился на красной полосе на шее Хоука, чуть пониже кадыка.

— Господи, Тай, что это? — Она осторожно провела кончиками пальцев по следу от кочерги.

— С боком еще хуже, — виноватым голосом ответил Тай и распахнул халат, показав запекшуюся рану.

— Боже мой!

— Все было подстроено, — попытался он объяснить. — С Абелем Раймондом. С Лауэром. Оба эти инцидента с автомобилями. Дайц и Ходжес убили их обоих. Чтобы замести следы.

— Какие следы? — На лице Карен отражалось замешательство и что-то еще. Страх, что к этим убийствам как-то причастен Чарли. О чем он, Хоук, не хочет ей говорить.

— Что случилось с Ходжесом? — Она взяла пузырек с дезинфицирующим средством, вскрыла упаковку ватных тампонов.

— Ходжес получил пулю, Карен.

— Пулю? — Руки ее опустились, лицо побледнело. — Он мертв?

— Нет. Я так не думаю.

Он рассказал ей все. Как проник в дом, решив, что опасности нет, как приехал Ходжес, застав его врасплох. Как они дрались. Как Ходжес проткнул ему бок декоративным рогом, как пытался задушить кочергой. Как Хоук уже решил, что умирает, как ранил Ходжеса.