– Ты на меня сильно злишься?
– тихо спросила Венди.

Пирс не выдержал, он кинулся к девочке и обнял ее, крепко прижимая к себе.

– С ней все в порядке, - сказал констебль, но Пирс не слышал его.

– Прости меня, - пробормотала Венди.

– Не извиняйся. Главное, с тобой все хорошо.

– Она шла пешком несколько часов, - сказал полицейский.
– Ночью на этой дороге машин нет, а водитель молоковоза начинает работу в шесть утра. Он увидел ее на обочине, когда она голосовала. Но когда он остановился, Венди почему-то бросилась бежать.

– Он… Я хотела… - девочка пыталась объясниться, но не смогла.

– Водитель не знал, что делать. Хорошенько подумав, он решил догнать ее и отвезти в участок. Оказывается, сын этого парня учится в одном классе с Венди. Он поговорил с ней, немного успокоил ее и привез сюда. Но она все равно была безумно напугана.

– Дьявол, Венди…

– Я хотела увидеть Шенни.

– Мне пришлось это устроить. Перед тем как связаться с вами, я позвонил Шенни.

От волнения Пирс соображал с трудом.

– Вы позвонили Шенни?

– Если уж девочка убежала ради Шенни из дома, самое меньшее, что я мог для нее сделать, - позволить позвонить Шенни.

– Шенни дала тебе свой номер телефона?
– спросил Пирс у Венди, но та покачала головой.

– Номер был у меня, - немного смущенно ответил полицейский.
– Шенни дала мне его пару недель назад.

Пирс отвез Венди домой. Она почти ничего не говорила, просто забралась на пассажирское сиденье, как будто все еще боялась чего-то.

Он не мог понять, что случилось.

– Я просто хотела задать ей один вопрос. Прости меня, - прошептала она.

– Венди, если ты когда-нибудь захочешь увидеть кого-то, просто попроси меня, и я отвезу тебя, обещаю.

– Я знаю. Но я хотела поговорить с ней сама.

Дома Венди также не стала ни с кем разговаривать.

Ольга посмотрела на девочку и тут же взяла заботу о ней на себя.

– Вы все, отойдите от нее. Неужели не видите, что она пережила шок? И посмотрите на ее ножки… Так долго идти пешком в сандалиях! Пусть даже таких красивых. Так, милая, отправляйся в ванную, Эбби, пойдем с нами, посидишь с ней, пока я буду ее купать. Теперь ты, - Ольга повернулась к Пирсу.
– Готовь ей завтрак. Мы покормим ее прямо в ванной.

После горячей ванны и тостов Ольга уложила девочку спать на диване в углу кухни.

– Ложись здесь, раз уж ты не хочешь оставаться одна наверху, - добродушно проворчала она.
– Ребята, быстренько уходите отсюда, не мешайте.

– Эбби, - прошептала Венди.

– Я побуду с ней, - вызвалась Эбби, и Пирс уже который раз за утро почувствовал, как его сердце сжимается.

– Нечего вам здесь делать, - сказала ему Ольга.
– Идите к своим коровам.

– Мы тоже хотим, - воскликнул Ник.

– Вы разве по домам не собираетесь?
– раздраженно спросил Пирс.

– Ну уж нет, - протянул Блейк.
– Мы подождем следующего представления.

Им не пришлось долго ждать. Все случилось сразу после восхитительно вкусного обеда, как раз в тот момент, когда Ольга разрезала яблочный пирог.

На пороге кухни появилась Шенни. Она выглядела точно так же, как и Пирс тем утром - джинсы, ветровка и взъерошенные волосы.

– Привет, - сказала она, но ответом ей было лишь изумленное молчание.

– Шенни, - наконец выдавил Пирс.

– Шенни!
– воскликнула Эбби так радостно, как будто не видела ее как минимум год.
– Венди, просыпайся, Шенни приехала!

– Но почему ты здесь?
– спросил Пирс, пытаясь справиться с волнением.

– Я приехала, чтобы спросить тебя кое о чем. Ты женишься на мне?

Пирс замер, не донеся кусок пирога до рта. Зато за столом все оживились.

– Я хочу нести букет невесты!
– воскликнула Эбби.

– Круто!
– сказал Ник, освобождая ей место рядом с собой.
– Обедать будешь?

– Думаю, ты ничего не ела, - забеспокоилась Ольга.
– У нас осталось жаркое. Будешь? Или ты хочешь яблочный пирог?

– Подождите вы! Дайте Пирсу ответить!
– прикрикнул на них Блейк, и все сразу затихли.

– Но… я не понимаю, - пробормотал Пирс, глядя на Шенни.

– Венди сказала, ты хочешь на мне жениться, - объяснила она, все еще стоя на пороге.
– Она говорит, единственная причина, по которой ты не делаешь мне предложение, - это дети. Ты думаешь, что я не хочу детей. Венди также утверждает, что она сама сможет смотреть за детьми. Она предложила, чтобы они пожили в приюте, но просила, чтобы мы обязательно навещали их.