— Вот же, эти мальчишки! Обо всём забывают, видя любимые игрушки…. Ты мне лучше скажи, что это за кости лежат в банной загородке таким толстым слоем? Чьи они? Как давно произошла данная кровавая бойня? Ведь там, как я предполагаю, погиб не один десяток, э-э-э, существ…

— Давно всё это случилось, — неопределённо пожал плечами Томас, вынимая из ножен и вставляя обратно, сражу же полюбившийся ему клинок. — Судя по шлемам и оружию, гномы сражались с орками…. Как и что? Не знаю. А так ли это важно?

— Совершенно не важно! — согласилась с ним невеста. — Лично мне гораздо важнее — помыться в горячей водичке. Поплескаться вволю…. Пошли искать другую раздевалку?

Они, обойдя порфировый бассейн, направились к противоположному — относительно центра круга — каменному строению. Внутри помещения — общей площадью метров сто двадцать квадратных — никаких костей не наблюдалось, да и пыли почти не было. Вдоль трёх стен размещались широкие каменные скамьи, рядом с которыми равномерно выстроились прямоугольные, тоже каменные столики.

— Очень умно придумано! — похвалила Мари, ощупав ладонями каменные поверхности. — Скамейки прохладные, чтобы охладиться после горячего бассейна. А столики, наоборот, тёплые, чтобы немного подогреть трапезу и напитки. Дорогой, ты, давай, располагайся здесь. Наводи уют, накрывай праздничный стол и всё такое…. Мы же, наверное, сразу после бани не отправимся дальше по маршруту? Надо будет отдохнуть, выспаться хорошенько…. Ты тогда подумай и о спальном месте. Благо, скамейки здесь широкие…

— А ты куда? — забеспокоился Томас, видя, что невеста направилась к выходу из каменной раздевалки.

— Я? Да так, прогуляюсь немного…. Если что, я тебя позову.

Томас пристроил на скамье возле входа вещмешки, расшнуровал их.

— Так, пообедаем мы вот за этим столиком, — бормотал он себе под нос, старательно протирая рукавом камзола каменную поверхность. — Мари сказала, мол, стол должен быть праздничным…. Что же, правильно. Зелёного Дракона мы победили, вынули из глазницы его правый глаз, нашли вход в Морию, скрылись под землёй от Серого мага. Конечно, праздник, без вопросов…. Только вот, разносолов никаких мы не прихватили с собой. Хотя, есть же фляга с хоббитанским яблочным вином. Кот с Айной отдали её без дележа, мол, они не употребляют такого низкопробного и гадкого пойла. Привереды, тоже мне. Ну, и ладно, нам достанется больше…. Кстати, о спальном месте…. Она же чётко сказала, мол, оборудуй спальное место. Не спальные места, а, именно, спальное место! Исходя из этого, и будем действовать…

В качестве кровати он выбрал дальний правый — от дверного проёма — угол, где боковые скамейки смыкались друг с другом под углом девяносто градусов. Расстелил на каменной поверхности густую волчью шкуру, в изголовье пристроил — в качестве подушек — меховые безрукавки, аккуратно свернутые «в трубочку».

Томас уже расстелил на каменном столе некое подобие скатерти и принялся нарезать на тонкие ломтики свиную ветчину, когда услышал далёкий голос Мари:

— Дорогой, выгляни, пожалуйста! Томас! Выгляни на секунду!

Он вышел наружу и беспомощно оглянулся по сторонам, ища взглядом невесту.

— Да здесь я, здесь! — раздалось со стороны бассейна. — Уже плескаюсь! — над порфировым бортиком показалась черноволосая голова. — В моём вещмешке лежит квадратная простынка. Принеси её, пожалуйста, сюда…

Томас, пристроив на плече кусок льняной ткани, медленно двинулся к бассейну. Сердце стучало неровно и учащённо, в голове плавал густой туман.

Возле порфирового кольца обнаружилась одежда Мари, сложенная аккуратной горкой.

«Она что же, купается совершенно голой?!», — почему-то запаниковал внутренний голос. — «Это же значит, что…».

— Да, я голая! — словно бы прочитав его мысли, весело и беззаботно подтвердила Мари. — Бросай, хоббитанский тормоз, полотенце на бортик, раздевайся и полезай в воду! Ко мне…. Ты же сам этого хотел?

Часа через два с половиной Мари, небрежно прикрытая короткой льняной простынкой, вольготно расположившись на густой волчьей шкуре и с удовольствием прихлёбывая из походной оловянной кружки креплёное яблочное вино, поинтересовалась — голосом довольной и сытой кошки:

— Тебе было хорошо, дорогой?

— Очень, — устало улыбнувшись, невнятно пробормотал Томас.

— И мне тоже — очень хорошо…. А как же обзавидуются мои венские подружки! — неожиданно сменила тему девушка, то есть, уже молодая женщина (или правильнее говорить — молодая хоббитанка?). — Они же первый раз занимались этим, или ещё только будут заниматься, чёрт те где: на заднем сиденье автомобиля, в школьном спортзале, в крошечном номере придорожной гостинице…. А, я? В Средиземье! Глубоко под землёй, в бане древних гномом, рядом с кучами костей мёртвых воинов! И, с кем? С самым настоящим хоббитом — из голливудских фильмов! Симпатичным таким, светленьким, ласковым и неутомимым…