— Уходи! Нам больше не о чем говорить! — настаивала я. — К тому же Грега здесь уже нет, так что охотиться тебе не на кого! А я не хочу больше тебя видеть!

Он встал, театрально поклонился, пробормотал: «До встречи!» — и быстро ушел.

Я допила шампанское. На душе было нехорошо. По натуре я всегда была позитивным человеком и редко кого ненавидела. Врагов у меня не было. Но тут я почувствовала, как из глубин души поднимается черное чувство, какая-то невообразимая смесь страха, отвращения, ненависти и желания уничтожить Дино и таким образом устранить опасность для моей любви. Ни к кому я не испытывала таких отрицательных эмоций, и это давило на душу тяжестью. К тому же досада, что Дино помешал нам с Грегом провести эту новогоднюю ночь вместе, лишь усугубляла мое состояние. Настроение окончательно упало. Я вздохнула, поднялась из-за стола и отправилась в номер. Праздник для меня закончился.

Утро было солнечным. Я открыла глаза и улыбнулась. Воспоминания о вчерашнем разговоре уже не мучили так сильно.

«Это просто был дурной сон, — убеждала я себя. — А у меня каникулы, и я должна провести их на славу! Дино наверняка уже убрался восвояси. А Грег, думаю, и так все знает и примет меры. И все-таки он был со мной! Мы увиделись! А значит, моя личная сказка осуществилась, и новогоднюю ночь, пусть и несколько мгновений, я провела с любимым человеком!»

Я заказала завтрак в номер. Потом решила позвонить Рите, но, когда взяла телефон, передумала.

«Наверняка они еще спят, — мелькнула мысль. — А тут я со своим звонком. Лучше дождаться, когда они сами дадут о себе знать».

Я оделась и отправилась на прогулку. Ясное синее небо, солнце, ослепительно-белый снег, морозный чистейший воздух мгновенно подняли настроение. Народу на улицах оказалось на удивление много. Конечно, большинство были мамочки с детьми, вышедшие на прогулку. Я побродила по улочкам, полюбовалась на украшения домов, на елочки со звездами, на фигурки троллей. Затем зашла в небольшое уютное кафе и отлично пообедала соленой сельдью «бокнафиск» с картошечкой в мундире и шкварками, запила все это местным пивом, закусила картофельными хлебцами «лефсе» и, довольная, отправилась дальше изучать город. Но он и правда оказался настолько мал, что через два часа я вернулась к своему отелю.

Рита позвонила около пяти вечера. Вначале она попеняла мне, что я так и не удосужилась вчера к ним приехать, потом рассмеялась и сказала, что я немного потеряла, так как «родственнички» быстро упились и завалились спать. Затем она стала расспрашивать про бал. Я насочиняла, как мне было хорошо и весело, как я до утра протанцевала, а потом вернулась в номер, упала без сил на кровать и уснула.

— Ты вообще как? — спросила Рита. — Сильно устала? Или можешь еще погулять с нами?

— Не знаю, — неуверенно ответила я.

— Давай приходи к нам в гости! — не унималась она. — А то тут столько всяких вкусностей! Мы одни не съедим.

— Раз такое дело, — засмеялась я, — то приду.

Квартира Андора находилась в приятном местечке. Трехэтажный дом стоял на узкой тихой улочке. От отеля это оказалось очень близко. Я дошла буквально за пятнадцать минут. Рита встретила меня сияющей, как всегда. Ее синие глаза просто лучились счастьем. Квартира выглядела уютной. Я расцеловалась с Андором, поздравила их с Новым годом и преподнесла подарки, которые привезла из Москвы. Это был набор замысловатых ароматических свечей. Рита взвизгнула рт восторга и бросилась мне на шею, заявив, что обожает свечи и только они создают романтическую атмосферу в доме. Кроме этого, я привезла бутылку армянского коньяка и пару баночек черной икры. Все это было принято с благодарностью. Взамен я получила очаровательный вязаный гарнитур, состоящий из шарфика, шапочки и варежек. Он был выполнен в национальном стиле с узором из маленьких смешных оленей.

Мы уселись за стол и стали непринужденно болтать на самые разные темы. Скоро я расслабилась и начала получать удовольствие от общения. Алкоголь добавил веселья. Мы просидели за столом пару часов, потом отправились на улицу и стали кидаться снежками. Я хохотала, увертывалась от «прицельного огня», падала в снег и на время совершенно забыла о своих проблемах.

Следующий день мы провели не менее весело. Мне показали практически все достопримечательности Лиллехаммера. Мы посетили Майхауген — самый большой в Европе музей под открытым небом, в котором собрано огромное количество традиционных норвежских домиков из всех регионов страны, Ледяной бар, тематический парк Хундер-фоссен, где установлена самая большая в мире фигура тролля, Олимпийский трамплин, лосиную ферму и многое другое. И ежедневно мы катались на лыжах.

До моего отъезда оставалось всего два дня, и Андор, словно боясь не успеть выполнить культурную программу по максимуму, предложил на денек прокатиться в Осло. Я не возражала, хотя уже начала уставать от обилия впечатлений.

В Осло мы поехали на его машине. По дороге я обратила внимание на «сосульки» — это такие огромные куски льда, по которым течет вода с гор. Выглядели они сказочно. Рита трещала всю дорогу без умолку, так что скучать не пришлось. Андор первым делом потащил нас в крепость Акерсхус. Этот прекрасный старинный замок долгие годы был резиденцией королей, теперь в нем организован музей. Осмотрев его, мы постояли на крепостном валу, любуясь панорамой города, набережной и заливом, покрытым голубоватым льдом. Затем, по моей просьбе, Андор отвел нас в музей «Кон-Тики». Он был создан в память великого норвежца Тура Хейер-дала. В детстве я зачитывалась его книгами. Мы полюбовались на выставленный плот «Кон-Тики», на папирусную ладью «Ра И», на которой Хейердал пересек Атлантику от Марокко до Барбадоса в компании с нашим Юрием Сенкевичем, рассмотрели подлинные вещи, привезенные из многочисленных экспедиций.

Но в какой-то момент я поймала себя на мысли, что настолько ушла от реальности и так глубоко погрузилась в увлекательный и знакомый лишь по книгам Хейердала мир, что совершенно не вспоминаю о Греге. И мне стало так неприятно, будто я предаю его. В душу вошла печаль, сменившаяся нежностью и тоской. Мне захотелось немедленно увидеть Грега, прижаться к нему, сказать, как сильно я люблю его. Видимо, это отразилось на моем лице, потому что Рита вдруг остановилась возле воссозданной небольшой пещеры острова Пасхи и повернулась ко мне.