– Ты хорошая шлюха, Аврора, раз он всё-таки выбрал тебя.

Мои челюсти сжались, но зубы продолжали стучать друг от друга.

Мне было не страшно. Я чувствовала только убойную боль.

– Как же хорошо ты облизала его член… Покажешь мне? – его походка напоминала хищника, а в глазах отражался пылающий гнев.

– Не приближайся ко мне!

– Это всё из-за тебя, – прорычал отец. – Из-за такой маленькой безмозглой шлюшки, как ты, я вернулся на своё прежнее место! Надо было сразу убить тебя.

Я не опускала рук, но боялась, что они просто упадут вниз, и я перестану чувствовать собственное тело.

– Я не желаю быть частью этого! Не желаю!

– Ты причина бед всех тех, кого окружаешь, – он тыкнул пальцем в мою сторону. – Вини только себя.

– Это вы! Я ни в чём не виновата! – из меня вырвались рыдания, которые я не могла контролировать, пока отец, не испугавшись моих угроз, был всё ближе и ближе ко мне.

Доминик… Где же ты…

Я часто дышала, чувствуя желчь поднявшуюся к самому горлу.

Темнота окутала меня, и я не знала, как из неё выбраться.

– Доминик! – из последних сил прокричала я, надеясь, что он услышит меня.

Отец засмеялся.

– Вы трахались, – понял он. – По-другому он бы не стал жениться на тебе. Я всегда знал, что то, что прячется за этой одеждой, слишком приятно.

– Не надо, – прошептала я.

– Но мой сын понял это раньше, – улыбнулся он, как будто гордился тем, что мой младший брат был больным на голову из-за того, что позволял себе смотреть на меня, как на женщину. – Почему я не додумался о том, что мог трахнуть твой зад и твой муж даже бы не узнал, что кто-то уже брал тебя.

Моё тело покрылось мурашками от его слов.

Я всегда боялась этого. Боялась, что в один из дней он придёт не только для того, чтобы избить меня, и меня спасало лишь то, что я должна была сохранить себя до свадьбы.

– Но теперь… – хищно улыбаясь, проговорил он. – Я могу сделать это не только с ней. Мне уже нечего терять.

Я опустила одну руку, а локоть второй согнулся, и я прижала дуло пистолета к своему виску.

Моё тело обдало холодом, но я так и не чувствовала страха. Наоборот. Во мне появилось чувство, что я, наконец, становилась свободна от всего этого. Я больше не причиню никому боль и никто не причинит её мне. Моё сердцебиение замедлилось.

Я не позволю ему сделать это. Не позволю ему сделать это со мной. Не в этот раз.

Я больше не хочу терпеть это. Я так устала.

Почему я думала, что всё, наконец, может быть хорошо? Почему поверила, что заслужила Доминика для себя? Семью? Друзей?

Это никогда не постигнет меня. Только я слишком поздно это поняла.

Из меня вырвались всхлипы, когда я закрыла глаза, отпуская боль и всё, что чувствовала эти девятнадцать лет. Я перестала слышать отца и единственный голос, что был в моей голове принадлежал ему.

Куда не посмотрю везде ты.

Если я дотронусь до тебя сейчас, никто другой больше никогда не сможет сделать этого с тобой.

Здесь было темно до того, как ты пришла сюда пару минут назад.

Мы будем делать это так, как хочешь этого именно ты.

Тебе не скрыться от меня, Принцесса.

Я вернусь за тобой.

Мне больно смотреть на тебя.

У нас всё впереди. Нам ни к чему торопиться, Аврора.

Не умоляй меня остаться, потому что я больше никогда не оставлю тебя, если ты сама не попросишь меня.

Его приятный голос эхом наполнял тёмную комнату внутри меня, и мне так не хотелось покидать его. Но если он узнает всё, что они сделали и пазл в его голове соберётся, он возненавидит свою любовь ко мне. Он возненавидит меня за то, что я не рассказала ему.

Я не хотела нам такого конца.

Я хотела уйти с хорошими воспоминаниями обо мне. Я хотела уйти в тот момент, пока он всё ещё любил меня.

Я не хотела уходить от него.

Всё внутри меня сжалось, и мои пальцы, лежащие на пистолете, напряглись.

Быстро и не больно. Это будет быстро и не больно.

Я сделала свой последний глубокий вздох, а затем, неожиданно, рядом со мной раздался громкий удар, который заставил меня дёрнуться и инстинктивно сжать пальцы на спусковом крючке, выпуская пулю прямо в цель.