– Что, черт возьми, происходит?

Я снова в кабине нашего сильдратийского корабля, парю на краю бури темной материи, а в ушах все еще звенит от выстрела, который меня прикончил. Вместо того чтобы прокручивать в голове момент своей смерти, я сосредотачиваюсь на лице лейтенанта Ким, возникающем на экране. Во мне теплится смутная надежда, что в этот раз она будет вести себя иначе, и когда она в десятый раз открывает коммуникатор, я понимаю – она готова к разговору.

Что ж, отрадно.

– Здравствуйте, лейтенант. Я ждала вас.

Ее пауза такая долгая, что если бы я не видела, как она слегка двигается на моем мониторе, то подумала бы, что связь отключилась.

– Не могу понять, шутите вы или нет, – говорит она в конце концов.

– Я слышу эту фразу с поразительной частотой.

Снова тишина.

– Откройте шлюз, – говорит она. – Я иду к вам.

Скарлетт и Финиан, запыхавшиеся, прибегают на мостик из машинного отделения. Услышав окончание разговора, Финиан наклоняется, чтобы рассмотреть лейтенанта на экране.

– Вы придете, только если согласитесь ни в кого не стрелять. Сегодня я умирал уже десять раз и не в настроении это повторять.

Лейтенант моргает, морща лоб.

– Десять? Я насчитала девять.

– По пути сюда мы тоже умерли.

– По пути из будущего. – В ее тоне слышится сомнение.

Скарлетт наклоняется к Финиану.

– Скоро увидимся, лейтенант.

Ким отключает связь, оставляя нас троих смотреть друг на друга. Невозможность того, что мы переживаем, не остается незамеченной.

– Мне это не нравится, – бормочет Финиан. – И она мне тоже не нравится.

– Мне тоже, – соглашается Скарлетт. – Но наш корабль застрял, так что мы ничего не добьемся, пока не убедим ее, что не представляем угрозы.

Фин смотрит на Скарлетт и мягко спрашивает:

– Уверена, что с тобой все в порядке?

Скарлетт моргает.

– Да, я в норме. Ну, то есть насколько это возможно, учитывая происходящее.

– Ты… – сглатывает Фин. – Тебя подстрелили.

– Я в порядке, Фин. – Скарлетт нежно улыбается и касается его руки. – Клянусь. Знаешь, в тебя тоже стреляли.

– Да, – тихо говорит он. – Но мне не пришлось наблюдать.

Они долго смотрят друг на друга, и молчание в конце концов становится настолько тяжелым, что я чувствую необходимость нарушить его.

– Твой медальон. – Я киваю на маленький кристалл на шее Скарлетт. – Бриллиант отреагировал, когда буря повредила квантовый парус.

– Да, – отвечает она, возвращаясь к насущному вопросу. – Но это не бриллиант. Фин выяснил, что это эшварский кристалл.

Я смотрю на драгоценный камень, прищурившись.

– Интересно…

– Почему он так светился?

– Не знаю, – бормочу я, лихорадочно соображая. – Но это наверняка что-то важное. Некоторые из наших подарков от адмирала Адамса и командира де Стой оказались жизненно важными. Портсигар, который спас Кэлу жизнь. Надпись на твоем медальоне, посоветовавшая нам придерживаться плана по обезвреживанию эшварского Оружия. Как будто командиры «Авроры» знали, что с нами произойдет. Будто они направляли нас все это время.

Фин недоверчиво склоняет голову набок.

– Очевидно, с подарками какая-то ерунда. Но направлять нас? Это большая натяжка, Зила. Они подарили мне прокля'тую ручку.

Скарлетт кивает на золотые обручи в моих ушах:

– А ты получила сережки.

БАХ.

Корабль приходит в движение – буксирный трос ударяется о корпус. За этим следует еще один удар.

БАХ.

Фин закатывает глаза.

– Думаю, нам лучше спуститься вниз и впустить Лейтенанта Психушку. Интересно, каким новым и интересным способом она убьет нас на этот раз.

– Будь вежливым, Финиан, – предупреждаю я. – Ее поведение может быть чрезмерно агрессивным, но лейтенант Ким – важная составляющая процесса.

Скарлетт приподнимает бровь.

– Почему ты так думаешь?

– Я так понимаю, вы не обратили внимания на ее позывной.

Теперь очередь Финиана пялиться на меня.

– А?

– Ее позывной. Прозвище, которое использовали ее коллеги-пилоты. Оно было на крыле ее истребителя. А также нанесено на шлем, который она носит.