Дональд отломил кусочек печенья и положил его в рот, лишь бы себя чем-то занять. Шарлотта. Что она сейчас делает? Носится по укрытию в поисках его? Заходит в помещение связи? Если это была Шарлотта, то она спятила.

— Он что-то знает, — отметил Бревард.

— Понятия не имею, о чем вы говорите, — отозвался Дональд. Он сделал глоток воды и увидел, что у него дрожат руки. — На кого напали? С ним все в порядке?

Дональд подумал, что могли ведь найти и кровь его сестры. Что же он натворил, разбудив ее? Ему снова пришла в голову мысль о том, чтобы выложить все начистоту и рассказать, где она прячется. Хотя бы для того, чтобы она не оставалась в одиночестве.

— Это был Эрен, — ответил Турман. — Он закончил вечернюю смену, пошел к лифту и был найден тридцатью этажами ниже в луже крови.

— Так Эрен ранен?

— Эрен мертв, — сказал Бревард. — Ему в шею воткнули отвертку. Один из лифтов забрызган кровью. И я хочу знать, где тот, который это сделал...

Турман поднял руку, и Бревард смолк.

— Дайте нам минуту, — попросил Турман.

Молодой охранник, стоявший на шкафчике, поставил потолочную панель на место. Затем спрыгнул и вытер руки о штанины комбинезона. На шкафчике остались ворсинки и чешуйки пенопласта. Охранники вышли в коридор. Прежде чем дверь закрылась, Дональд узнал одного из офисных работников, проходившего мимо, и едва не окликнул его. Ему было любопытно узнать, что все подумали, когда выяснилось, что он вовсе не тот, за кого себя выдавал.

Турман достал из нагрудного кармана сложенный квадрат ткани — чистый платок — и протянул его Дональду, который принял его с благодарностью. Странно, что теперь это выглядело подарком. Он ждал позыва к кашлю, но сейчас наступил редкий момент облегчения. Турман достал пластиковый пакет и открыл его. Дональд понял, для чего тот предназначен, достал из кармана старый окровавленный платок и бросил его в пакет.

— Для анализа?

Турман покачал головой:

— Здесь нет ничего такого, чего мы не знаем. Это так сказать... жест. Ты ведь понимаешь, что я пытался тебя убить. Эта попытка была проявлением слабости, и именно из-за этой слабости у меня ничего не получилось. Как оказалось, ты был прав насчет Анны.

— А Эрен действительно мертв?

Турман кивнул. Дональд развернул платок, затем сложил его.

— Эрен мне нравился.

— Он был хорошим человеком. Одним из моих рекрутов. Ты знаешь, кто его убил?

Теперь Дональд понял, для чего был нужен платок. Плохой коп стал хорошим копом. Он покачал головой. Попытался вообразить, как Шарлотта кого-то убивает, и не смог. Впрочем, он не смог бы представить, как она управляет дроном и сбрасывает бомбы или как делает полсотни отжиманий. Она была для него загадкой еще с детства и постоянно удивляла.

— Не могу представить, что кто-либо из тех, кого я знаю, убивает человека подобным образом. Кроме тебя.

Турман не отреагировал на эти слова.

— Когда меня сунут в ящик?

— Сегодня. У меня есть и другой вопрос.

Дональд взял с подноса стакан с водой и долго пил из него. Вода была холодной. Просто невероятно, какой приятной на вкус может быть вода. Надо сказать Турману о Шарлотте прямо сейчас. Или дождаться, пока его начнут укладывать в спячку. Он никак не мог бросить ее там в одиночестве. Тут он понял, что Турман ждет.

— Валяй, — сказал Дональд.

— Ты помнишь, как Анна ушла из арсенала, когда ты был наверху? Насколько я понимаю, ты недолго пробыл с ней.

— Нет, — ответил Дональд. По его ощущениям, он пробыл с Анной чуть ли не вечность. — А что? Она что-то сделала?

— Ты помнишь, как говорил с ней о линиях подачи газа?

— Подачи газа? Нет. Я даже не знаю, что это такое. А что?

— Мы обнаружили, что кто-то вмешивался в управление этими линями между медицинским отделом и отделом контроля населения. — Турман махнул рукой, отметая невысказанную мысль. — Повторю: я думаю, что ты был прав насчет Анны.

Он повернулся, собираясь уходить.

— Погоди, — остановил его Дональд. — У меня тоже есть вопрос.

Турман остановился, уже коснувшись ручки на двери.

— Что со мной происходит? — спросил Дональд.

Турман опустил взгляд на красный платок в пластиковом пакете.

— Ты видел когда-нибудь, как выглядит поле боя после сражения? — Он заговорил тише, с ноткой печали в голосе. — Твое тело сейчас — поле боя. Вот что происходит внутри тебя. Там сражаются миллиардные армии. Одни машины стремятся разобрать тебя на кусочки, а другие надеются сохранить тебя в целости. И со временем их сапоги превратят твое тело в обломки и грязь.

Турман кашлянул в кулак и стал открывать дверь.

— В тот день я не собирался перейти через холм, — сказал Дональд. — И вышел не для того, чтобы меня увидели. Я просто хотел умереть.

— Потом я это тоже сообразил. — Турман кивнул. — Не надо было тебе мешать. Но они врубили сигнал тревоги. Я пришел наверх и увидел, как мои люди спешно надевают комбинезоны, а ты уже прошел половину расстояния до холма. В мой окоп упала граната, и я годами знал, что сделаю, если такое когда-нибудь произойдет. И я закрыл ее своим телом.