Но Кулик не сдавался, и проводник нашёлся, однако достичь цели всё равно не удалось. Сначала помешал глубокий снег, в котором застревали лошади, потом – пристрастие проводника к водке, жадность и хитрость.

Учёный снова и снова приезжал в Ванавару. Выбивал деньги на экспедиции, убеждал, доказывал, преодолевал скептицизм коллег и бедность бюджета. Очарованный, ослеплённый, он не слышал другого мнения и со страстью фанатика рыл землю. В буквальном смысле. Кулик всё-таки добрался до эпицентра, составил карту местности, осушил болото… Метеорит так и не нашёлся.

Читая о его экспедициях, Саша чувствовала нерв, который связывает её с этим давно умершим человеком. Она знала, что он ошибался, обманывал себя и других, манипулировал, но делал это только, чтобы разгадать тайну чёртова метеорита. С этой задачей, как и предрекали шаманы, не справился никто. Даже спустя целый век.

Саша понимала, что ей вряд ли удастся узнать что-то новое, но хотелось оказаться там, в эпицентре событий, увидеть всё собственными глазами, пропустить через себя. Она не верила в то, что в небе над тайгой взорвался космический корабль пришельцев, или в то, что вспышка стала результатом экспериментов Николы Теслы, – фантастических версий произошедшего было не меньше, чем научно обоснованных. Она вообще сомневалась, что Тунгусский метеорит существует, и если он действительно упал, то не там, где его ищут.

Её страстью было разгадывать загадки, разоблачать мифы, опираясь на научные доказательства и мнения учёных. В этот раз она планировала сделать то же, что и обычно, – снять фильм о том, что на самом деле могло, а чего точно не могло произойти в бассейне реки Подкаменная Тунгуска 30 июня 1908 года.

Но сначала туда нужно добраться.

Кулик выехал из Ленинграда в феврале 1927 года вместе с помощником. На поезде – до Тайшета, потом – четыреста километров до посёлка Кежмы по конному тракту, изрезанному речками и речушками, и, наконец, последние двести километров по узкой таёжной тропе до Ванавары. На месте они оказались в марте. Добраться туда и сегодня было невозможно ни на авто, ни на поезде.

Саша решила, что они доедут до Красноярска на Мишином «хорьке». Часов за двенадцать. Остановятся в гостинице или снимут квартиру. На следующий день, если всё получится, встретятся с другом отца, тем самым Лиходеевым, который писал письма. Он расскажет об их поездке в тайгу, встрече с какой-то шаманкой и том, что мучило отца. В письмах было слишком мало информации. А двадцать пятого июня они с Мишей сядут в самолётик до Ванавары и через два часа будут там, куда вели непонятно как связанные между собой нити.

Что будет дальше – неизвестно никому.

У Саши в голове существовал простой, отработанный годами план. Осмотреться, поговорить с местными жителями, записать несколько интервью, насытить материал деталями, историями, свидетельствами, отснять окрестности и совершить самое главное – вылазку туда, где всё случилось, снимая каждый шаг, фиксируя всё, что происходит вокруг в режиме реального времени. Потом взять интервью у экспертов: учёных, технических специалистов – и вместе с Мишей приступить к монтажу.

Такого же сценария она собиралась придерживаться и сейчас, не было никаких причин, чтобы выдумывать что-то новое, но интуиция подсказывала Саше, что эта история не укладывается ни в какие рамки, и им придётся продвигаться вперёд наощупь, действовать экспромтом, доверять собственному чутью.

Помнила она и о том, что сейчас её задача – не только снять фильм про место, где предположительно упал Тунгусский метеорит, не оставив на земле и следа, кроме поваленных взрывной волной деревьев, но и узнать хоть что-то об истории отца.

Когда концепция экспедиции сложилась в цельную, пусть и туманную картину, Саша почувствовала неизбежность, сосущую под ложечкой как застарелое чувство голода. Какая-то сила, во много раз превышающая её волю и разум, завладела всем существом. И Саша покорилась ей, приняла. Будь что будет.

Подёрнув плечами, словно от озноба, она отправила сообщение Мише.

«Стартуем 22 июня. На 25-е покупаю билеты на самолёт. Ок? 30-го будет день X, нам нужно встретить его в эпицентре. Ну в идеале».

«День-хрень, что ли?» – ответил он и добавил смеющийся смайлик. А потом сразу: «Готов, мой командир. Пошёл закупаться средствами от комаров».

«Бери сразу скафандр».

Они перекинулись ещё несколькими шуточными фразами, Саша пожелала другу спокойной ночи и отложила телефон в сторону. За оставшийся до поездки месяц нужно написать сценарий, выложить на канал несколько интригующих анонсов, проверить оборудование, докупить всё необходимое, собраться. Она надеялась, что привычные хлопоты помогут отвлечься и заглушить противное чувство, как будто жизнь больше не принадлежит ей. Чувство, которое усиливалось с каждым днём.