Ни фига — на её чары я поддаваться не собираюсь. В конце концов, я командую своими штанами, а не они мной.

— Что ж, Ваша Светлость, вы моего внимания добились. Что дальше?

— Ну… — вдруг замешкалась девушка. — Я буду рядом. Буду вам помогать…

— И как это объяснит ваш облик в Духовном пространстве? Вдруг воспылали ко мне любовью, когда огребли от меня с княжной? Ваше счастье, что она вас не узнала без синяков. Я не собираюсь держать возле себя тварь, похожую на Саранчу…

От последней фразы графиня снова дёрнулась, как тогда, во время разговора в машине.

— Я не Саранча! — прошипела она, а её чёрные глаза вспыхнули гневом. — Не Саранча!

— Ещё громче повторите, а то не все слуги в курсе.

— Р-р-р!

Она сжала кулаки, обогнула кровать и встала возле окна. Грудь и плечи опускались и поднимались от яростного дыхания.

— Вы ничего обо мне не знаете!

— А вы, похоже, знали меня ещё до нашей встречи. По крайней мере, там, в Духовном пространстве, стоило вам услышать моё имя…

— Я помню! — буркнула Екатерина не оборачиваясь. — Конечно, я вас узнала! Половина Империи знает вас в лицо, благодаря Турниру Кикиморы, а вторая хотя бы раз слышала о вас. Да, я наблюдала за вашими действиями. И за тем, как вы помогаете тем, кто рядом, делаете их сильнее, оберегаете…

— И? Что с того?

— А то, что я тоже хочу стать сильнее! И чтобы меня тоже кто-нибудь оберегал!

— У меня нет времени помогать каждой бедной сиротке, — пожал я плечами.

Да, прозвучало грубо, но искренне. У меня банально не хватит времени помочь всем и каждому. Да и желания. Есть те, кем я дорожу, кто мне близок. Вот этим людям я буду помогать, потому что они важны для меня. И это всё, что я могу сделать. Я же не бог какой-нибудь.

— Знаю… — Плечи рыжей поникли, дыхание успокоилось, а руки обхватили плечи. — Поэтому и хотела обратить на себя внимание, заставить спасти от мнимой угрозы. А потом, когда это всё не сработало, представился шанс стать полезной. И я им воспользовалась. Ну, теперь вы довольны, барон?

Екатерина обернулась и застыла тёмным силуэтом на фоне окна. Рыжие кудри рассыпались по её плечам.

— Нет, — ответил я, оперевшись спиной о стену напротив графини.

— Что? Почему? Я сказала чистую правду!

— Полуправду. Я всё ещё хочу узнать, кто вы такая.

Вдовина поджала губы. А потом выдохнула:

— Ладно… Ежели вы так упорны в своих желаниях, барон… Я лишь надеюсь, что вы так же упорно держите своё слово. Дайте слово, что никому не расскажете о нашем дальнейшем разговоре.

— Нет.

— Тогда я ничего вам не скажу!

— Тогда вы покинете мой дом немедля, — твёрдо сказал я.

Ощутил, как она снова злится. Вдруг почувствовал, что она концентрирует духовную энергию. Как именно? Не уверен, но, похоже, тренировки и постоянное использование духовной энергии улучшили моё чутьё. Быстро воздвиг между нами мощный духовный барьер, и в следующий миг небольшая духовная игла разбилась о него.

Графиня топнула ножкой, поняв, что ничего не вышло. А я отправил свою духовную иголочку по замысловатой траектории прямо ей между булочек.

— Ай! — взвилась она в воздух. — Что вы себе поз…

Ещё одна духовная игла туда же прервала её пламенную речь. Покрасневшая от негодования графиня потирала свою попку, надув щёки.

— Как я могу вам довериться? — бурчала она. — А если вы раскроете мою тайну остальным, едва я всё расскажу? Мне нужны гарантии, что вы ничего и никому не расскажете.

— Я решу, давать ли вам слово, только после вашего рассказа.

— Но как?..

— Вам придётся рискнуть. И я выйду из этой комнаты только в двух случаях. Я узнаю, кто вы такая, или чтобы проводить вас на выход.

— Ладно! Ладно… хорошо… — Графиня села на кровать боком ко мне и склонила голову. Рыжие волосы наполовину закрыли её лицо. — Вы должны понять, Ваше Благородие, что слова, которые прозвучат далее, я не говорила ещё никому и никогда. Для меня это всё равно что предстать перед вами в обнажённом виде.

— Тоже неплохой вариант, — не удержался я от маленькой шпильки.

Екатерина стрельнула в меня глазами, но тут же успокоилась и продолжила:

— Пообещайте хотя бы выслушать меня до конца.

— Это я могу.

— В одном вы правы, барон. Я — Саранча.

Она замолчала и взглянула на меня, ожидая реакции. Я молчал — ждал продолжения, как и обещал. Догадывался, что здесь не всё так просто.

— Точнее, не совсем Саранча. Мои отец и мать… То есть моя мать и… мой приёмный отец. Нет, не так. Не знаю, кем мне приходился граф Вдовин. Моя мать служила в одной из западных крепостей. Там она встретила графа Вдовина. Они полюбили друг друга и там же поженились. Комендант крепости провёл церемонию. В одну из разведывательных вылазок погибла вся группа вместе с графом Вдовиным. Только моя мать выжила. А вскоре она узнала, что беременна. Все подумали, что граф успел зачать дитя перед смертью, и матери разрешили покинуть крепость. Позже она вступила в права наследования, как единственная жена графа. Тётушки, его сёстры, отвернулись от моей матери. Считали, что она должна была поделиться с ними наследством. А потом… потом родилась я.