— Я всё понял, отец!

Павел встал и поклонился. Затем твёрдой походкой вышел из кабинета. Сил и энтузиазма у него явно прибавилось.

Первым делом шарахнул мощной духовной молнией по пучку щупалец. Это их притормозило, потому что разряд заставил их бешено извиваться, разбив строй.

А затем кинул сеть, которую насытил духовной энергией. В полёте она раскрылась, явив прекрасный паучий узор, сходящийся в центре, и покрошила жгуты летающей медузы на макраме. Пустынную долину потряс рёв и накрыла волна ощутимого гнева. Теперь тварина воспринимала меня всерьёз.

Только поздно до неё дошло, кто тут букашка, а кто башмак. Я уже бежал к пучку щупалец на… пусть будет запад, потому что в той стороне висело незаходящее голубое солнце. Там, как я и предполагал, обнаружилась дриада, опутанная тонкими нитями. Они залезли ей в каждое отверстие на духовном теле и спеленали наподобие кокона.

— Стой! — предостерегла меня маленькая девочка на закорках. — Эта дриада уже мертва.

— В смысле? — пропыхтел я, рассекая сразу несколько атакующих жгутов. — Вот же она!

— Лишь её дух. Я не чувствую, что он связан с телом. Возможно, там она уже мертва.

Блин… Маша говорила, что с другими дриадами она пыталась остановить этих — видимо, часть из них погибла. Что ж…

— Значит, эта медуза-переросток черпает из неё последние крохи духовной энергии? — рыкнул, занося меч для удара.

— Да.

— Тогда тем более её надо освободить! — Меч со свистом рассёк воздух, а с ним и жгуты, спеленавшую бедняжку.

Едва я это сделал, как землю снова сотряс недовольный гул летающего макаронного монстра.

Ага, падальщик, не нравится?!

Зато дух, принявший облик красивой юной девушки распрямился и растворился, оставив после себя лишь мерцающие пылинки. А потом и они пропали. Освободилась, значит. Хоть так.

Отбив новую атакую, под лай Альфачика я бросился к следующей дриаде. Не знаю, сколько у макаронного монстра ещё макаронин, но казалось, он их на ходу отращивает. Натиск не ослабевал, а только нарастал. Это заставляло меня постоянно двигаться. После того как я освободил половину дриад, враг сменил тактику.

Стал щупальцами выстреливать, как копьями. Они то и дело вонзались в сухую землю со всех сторон от меня. Иногда задевали, но духовная броня держала удар. Такие атаки, кстати, духовные иглы не сдерживали. Слишком медленно летели. Да и попадали в одну или другую нить, а их там было с десяток.

Некоторые из дриад оказались ещё живыми. Но после освобождения, ослабленные, они стремились скорее вернуться в свои тела, а я продолжал свою вендетту в одиночку. Почти.

Освободив всех дриад — и живых, и мёртвых, — вдруг обнаружил, что летающий макаронный монстр приблизился ко мне. И нас стали захлёстывать волны чужеродной мощи. Сила была настолько плотной, что пригибала к земле. Казалось, её можно ножом резать. Я даже попробовал. Не получилось. Я напрягся и расширил духовную броню, накрыв себя, девочку и животных. Юная Мать Леса тоже помогла. Стало чуть легче.

А летающая тварь на самом деле оказалась куда больше, чем я думал. Километр в длину? Или два? Эта хреновина закрыла собой буквально всё небо, нависнув над нашими головами. Оно и до этого там висело, но было высоко, а теперь…

Блин, ни одной духовной иглы не хватит, чтобы этот клубок жгутов насадить. Но попытка не пытка, да?

Прикрыл глаза и пустил кучу духовной энергии на формирование толстой духовной иглы. И тут же её запустил, пока зараза не опомнилась. Почти осязаемая игла толстым копьём впилась в брюхо твари. Если у неё оно вообще было. Оттуда, словно кишки, вылетел целый шмат щупалец. Как переваренные макароны, они свесились до самой земли, заливая её чёрной кровью. От столкновения с землёй Духовного пространства жидкость шипела и пузырилась. Ну и её там было уже небольшое озерцо.

Хорошо я по этой твари саданул. Жаль только, что без особого успеха. Она только заорала опять и ускорила приближение. Щупальца стреляли повсюду, и я едва успевал уворачиваться. Похоже, макаронный монстр меня просто раздавить решил. И не давал убежать, постоянно атакуя.

Кажется, дело запахло жареным.

— Ну всё! — вдруг грозно заявила девочка. — Моя очередь! Ну-ка, поставь меня на землю!

Альфачик тревожно залаял, когда я присел, чтобы девочка спрыгнула. Но нас тут же накрыло куполом, в который впились щупальца. А потом Мать Леса встала, широко расставив детские ножки, и засветилась зелёным светом. Из глаз хлынули лучи энергии, а её аура чуть не сшибла меня с ног. Потом она вскинула руки, и толстый зелёный луч пронзил макаронного монстра, зависшего в сотне метров над землёй.

Насквозь пронзила!

После такой атаки вермишельная медуза быстро начала отдаляться, оглашая Духовное пространство диким, потусторонним воем.

— А чё, так можно было, что ли?! — удивлённо вскричал я.

А девочка упала на коленки и схватилась за голову.

— Кажется, я… пупок надорвала, — сообщила она.

— Неудивительно, — присел рядом, не зная, чем помочь.

— И кажется, мне открылся новый пласт воспоминаний. — Она потёрла виски и села на попу. — Я знаю, кто это был. Матери Леса уже встречались с ним, но очень-очень давно.