Шрифт:
– Вот я вас сейчас к доктору отведу! Какому доктору? Самому страшному для вас – детскому!
4.
– Откуда ты взялся на мою голову? – сказал Сафа Максу, они сидели голые на стульях у кабинета с надписью "Педиатр".
Тот пожал плечами.
– На свете нет ничего случайного. К тому же это не первая наша встреча.
– Да я тебя в первый раз вижу!
– Ты просто этого не можешь помнить.
– Ну и где я тебя мог видеть?
– В роддоме. Мы родились в один день. Не местных здесь нет. Значит, мы лежали на соседних кроватках. Мы и эти двое "простоквашинцев". Еще восемнадцать лет назад было заложено, что мы встретимся в этой больнице.
– Да ты совсем больной! Надо же, я влип в историю из-за шизика!
– Я не шизик! Я анналист. Люблю анализировать всякие ситуации, находить причины происходящих событий и выходы из положений.
– Выходы из положений, это нам сейчас бы пригодилось. Хотя какой с тебя толк? Ты даже себе помочь не смог. Чего ты не кричал, когда они тебя били?
Макс поправил очки и обстоятельно пояснил:
– Если б я крикнул, ты подумал бы, что происходит событие, которое может угрожать твоему здоровью и безопасности, в результате чего, наверняка не стал бы вмешиваться, развернулся и ушел. А так тебя заинтересовало, что там за шум, и ты подошел. А когда ты подошел, то автоматически оказался в центре происходящего, и тебе пришлось вмешаться.
– Выдумываешь всякие причины, чтобы оправдать свою трусость. Допустим, я бы ушел, но санитар на что? Он бы в любом случае на вопли явился.
– Это я тоже могу объяснить. В настоящий момент санитар явился, но кто сказал, что это скажется на нас благотворно? Неизвестно, чего от этого детского врача ждать. И почему детский? Мы ведь уже не дети. И почему он сказал, что это самый страшный для нас врач? Тут может быть двоякое объяснение. Либо это никудышный специалист, либо злой с чисто человеческой стороны. В обоих случаях, для нас это не сулит ничего хорошего. Поэтому я и не стал звать на помощь санитара. Теперь ты понял?
– Понял, – вздохнул Сафа.- Что ты в школе переучился.
– Недоучился, – вздохнул Макс. – Мне еще месяц до экзаменов оставался. Так хотелось аттестат получить. Теперь я не узнаю много нового.
– Ничего, на вахте тебе приготовлено, не представляешь, сколько всего нового, неизведанно.
– Ты думаешь, там есть школа? – жадно спросил Макс.
Сафа только сплюнул. Что за компания подобралась. Простоквашинцы и анналист. Ни одного нормального пацана. Была у него мыслишка вместе с Коляном попроситься. Ну и что, что на месяц раньше. А если он доброволец? И попросился бы, если бы не сомнение, что не надо на вахту раньше срока рваться. Вахта-это вам не курорт Сочи.
Доктор появился через полчаса. Лицо одутловатое, дурацкие усики под носом, благоухает спиртом, одет в темно-зеленые рейтузы и майку словно мясник. Он останавливается над ними, долго изучающе смотрит. Они инстинктивно закрывают пах.
На груди доктора болтается вкривь прикрепленный бейджик. "Зав. детским отделением".
– Заходите, – бросает доктор и устремляется в кабинет.
В кабинете стол, стул и кушетка, застеленная желтой клеенкой с подозрительными пятнами, на которую они садиться побрезговали.
– Симулянты! – в сердцах восклицает педиатр. – На инвалидность захотели? С какой стати кто-то должен за вас пупки на вахте рвать? Вы чем лучше?
Макс совсем скис, похоже, он совсем не привык, чтобы на него орали. Сафе хоть бы что, мало на него наезжали.
– Не нужна нам ваша инвалидность, мы за драку, – вальяжно говорит он.
Педиатр поднимает на него взгляд, в котором мелькает заинтересованность.
– Так вы не инвалидность оформлять? Тогда извините, ребята. А то замучили, понимаешь всякие просители. Ходят, канючат. Тут болит, там болит. Ножка болит, я инвалид, муравейник закрывается, – наверное, он шутит, но улыбки на лице не читается. – Так что вам надо?
Айболит оказался не в курсах, и у Сафы совсем созрел план, чтобы наврать что-нибудь безобидное и слинять, но тут раззявил пасть Макс, хотя его никто об этом не просил.
– Нас санитар сюда направил.
– Очень интересно, – сразу поскучневшим тоном произнес педиатр, перебирая бумажки на столе, вычленил одну и стал что-то быстро бисером на ней катать, написав не менее главы, поднял глаза. – Давайте знакомиться, моя фамилия Стиплер. Можете называть меня доктор Стиплер.
Можно вас никак не называть, подумал Сафа.