— Мне бы такое платье пошло, — заметила я, — И цацка тоже.

— Да, — внимательно оглядев меня, согласилась Сима.

Другие картины были в основном пейзажами. Много было также сцен охоты, собак, лошадей, красиво разложенной убитой дичи. У одной очень большой картины, висевшей на противоположной стене зала, столпилась экскурсия из школьников. Экскурсоводом была Таня. Оглянувшись, она узнала нас и помахала рукой. Я помахала тоже, потом развернула Симу лицом к экскурсии и картине.

— Вот куда надо смотреть!

Большая картина изображала вальяжного господина в старинной одежке черного цвета, ботфортах до колена, при шляпе, которую он держал в руке. Он стоял в полный рост, а рядом сидели две собаки — дог и борзая. Но дело было не в собаках. Мужчина трехсотлетней давности необыкновенно походил на Волкодава. Если бы он отрастил патлы и двухнедельную щетину, или Волкодав побрился и надел напудренный парик, они были бы братьями-близнецами. Тогда и Таня бы наверняка заметила сходство.

— Похож, — выдохнула Сима и шагнула на середину зала, чтобы лучше видеть.

Мы перешли на другую сторону, став чуть в стороне от галдящих школьников.

— Надо же, как интересно, — удивленно проговорила Сима, по-собачьи склонив голову на бок, — Посмотри на одежду. Видишь?

Черный камзол человека на портрете был украшен серебряным шитьем по рукавам и вороту. Пуговицы были тоже серебряные в тон, маленькие, неброские. Кроме одной, верхней. Она была крупной, круглой и деревянной.

— Нормально, — удивилась я, — Его величество разорился? Денежек не хватило на пуговицы?

— Помнишь одежду Волкодава? — спросила Сима.

— Да, — ответила я, — У него вообще пуговиц сверху не было. Наверное, совсем кризис доконал.

Сима не ответила, а подошла ближе к портрету, пробравшись между экскурсантами. В другом углу зала на табурете у стены сидел какой-то парень и смотрел на мою сестру, не отрываясь. Одет он был небрежно в серый мешковатый плащ поверх брюк и рубашки, также сидевших на нем весьма неудачно. У него было смугловато-бледное лицо с высокими скулами, над широким лбом в беспорядке торчали волнистые темные волосы.

— У тебя появился поклонник, — протиснувшись сквозь школьников, сказала я Симе, — Смотри, человека разобрала любовь с первого взгляда. Ботаник ботаника видит издалека.

— Он просто задумался, — возразила Сима, оглянувшись через плечо, — Вот и кажется, что смотрит.

Тут парень посмотрел на меня, и я застыла. Голубые прозрачные глаза в пол-лица глядели с такой глубокой грустью, что и передать нельзя. Несколько секунд парень смотрел на меня и Симу, потом медленно встал и вышел из зала.

— Что за чудик? — пробормотала я.

— Да, — эхом отозвалась Сима, — Такие глаза…

Собираясь уходить, в большом холле второго этажа возле лестницы мы снова столкнулись с Таней. Она уже отделалась от школьников и тоже шла вниз.

— Уже уходите? Вы больше ничего не хотите? — спросила она, передразнивая кролика из мультфильма про Винни-пуха.

— А разве что-то еще осталось? — я поддержала шутку, — Тань, а ведь Валерий как две капли воды был похож на вашего князя. Разве ты не заметила?

— Серьезно? Неужто все-таки потомок? — удивилась она, — А откуда вы знаете, как он выглядел?

— Нашли фотку в комнате, — я пожала плечами.

Мы стали вместе спускаться.

— А ты спиритизмом увлекаешься? — спросила Сима.

— Теперь уже нет, — ответила Таня, немного смутившись, — Вы видели, как я доску выбросила, да?

— Мы думали, это только коробка от нее, — сказала я, — И что ж ты передумала? Это же прикольно.

— Прикольно, но не так, как казалось, — Таня улыбнулась как-то криво, и этот ничего не значащий разговор сразу меня заинтересовал.

— Почему? — спросила я.

Она пожала плечами. По выражению лица было видно, что она хочет сказать что-то значительное, но не знает те ли мы люди, которым стоит это говорить.

— Можете не верить, но это занятие оказалось слишком серьезным, — наконец решилась Таня, — Мы решили это прекратить. Даже поругались с Галиночкой Павловной. Ей было любопытно, и она хотела продолжить. Но Оля настояла, на том, чтобы положить этому конец. Из-за Миши.

— Из-за Миши? — переспросила Сима.

— Вы его видели наверху, он был в картинной галерее, потом ушел, — сказала Таня, — Он двоюродный брат Оли Королевой, она работает со мной и живет в соседнем доме, — она остановилась на промежуточной площадке между двумя пролетами, мы вместе с ней, слушая рассказ, — Миша… немного необычный. Он такой с тех пор, как его родители погибли. Олина мама, его тетя, взяла его к себе. Он…Как это называется, когда люди уходят в себя?