Виктор позвонил в четверть восьмого, когда я уже давно кругами ходил вокруг телефона, как кот вокруг рыбных консервов, которые хозяин почему-то забыл вскрыть.

– Привет! – сказал он немного охрипшим голосом. – Джо только что звонил, сказал, что будет у меня через пятнадцать минут.

– Что?! – не поверил я своим ушам и в удачу. – Через пятнадцать минут? У тебя в номере?

– Да. Но ты мне скажи, что ты собираешься делать?

– Потом, Виктор, потом! – От нетерпения я даже пританцовывал у телефона. – Слушай меня и запоминай! Когда он войдет, постарайся не закрывать за ним дверь на замок. Сам держись поближе к окну, лицом к двери, но не стой напротив нее! Ты понял?

– Понял, понял.

– Какой у тебя номер комнаты?

– Триста шестая. Как поднимешься на третий этаж – налево, в конец коридора.

– Все будет хорошо, не волнуйся! Гуд бай, до встречи! – И я кинул трубку на аппарат.

Что я, собственно, говорил Виктору? – думал я, напяливая на себя черную футболку с изображением какого-то дурацкого орла. Я предупреждал его так, словно намерен ворваться к нему в номер с «калашниковым» в руках. А у меня нет даже газового баллончика.

Я позвонил Климу, но его мать ответила, что он с утра уехал в Феодосию за товаром. Бежать под Сокол за Князевым у меня не было времени. Я посмотрел на часы. Пять минут уже прошло, пять минут потеряно!

Я выскочил из квартиры, еще совершенно не представляя, как буду брать Джо. Но почему у нас такие идиотские законы? Почему я должен идти на особо опасного преступника с голыми руками, в то время как у Джо пистолетов в рюкзаке, наверное, как у Деда Мороза подарков?

Посреди улицы на меня снизошла вроде абсурдная, но спасительная идея, и я даже остановился, не зная, в какую сторону двигаться дальше. Свернул к санаторию, побежал со спринтерской скоростью к бювету. У телефона-автомата остановился как вкопанный, сплюнул, выругался – у меня не было с собой жетона. Но уже через мгновение я хлопнул себя ладонью по лбу и решительно поднял трубку – в милицию звонят бесплатно.

Мне ответил дежурный по отделению, и я, задыхаясь от бега, попросил срочно позвать к телефону старшину Кныша по делу особой важности.

– Старичок, привет! – радостно сказал я, когда Кныш гукнул в трубку. – Вацура тебя беспокоит.

– А-а, – тоже радостно протянул он. – Это ты? Очень хорошо. Откуда звонишь?

– Только не торопись меня выдавать, – предупредил его я. – А то за вознаграждением поедет все ваше отделение. Бери пистолет и гони к гостинице «Сурож». Я сам подойду к тебе. Если приведешь «хвост», мы не увидимся и ты многое потеряешь. Договорились?

– Договорились, – растягивая звуки, ответил старшина, попутно обдумывая мое предложение.

Ну вот и хорошо, подумал я, вешая трубку на рычаг и снова устремляясь бегом по шоссе. Автобус на Судак, как назло, только что отошел, и я, срезая, побежал через старое немецкое кладбище. Пятнадцать минут прошло, думал я. Допустим, Джо уже вошел в номер. Сколько они будут разговаривать? Ну пусть пять, десять минут. Лишь бы не подвел Кныш!

Я подбежал к гостинице без двадцати восемь, перешел на противоположную сторону улицы, заскочил на бордюр и спрятался за пропыленным кипарисом. Только я стал наблюдать из-за своего укрытия, как к остановке подкатил автобус и из него выпрыгнул Кныш. Я мельком взглянул налево-направо. Похоже, он один.

Я вышел из своего укрытия, свистнул. Кныш обернулся, сдвинул фуражку на затылок, подбоченил руки. Он встретил меня широченной улыбкой, пожал мне руку, похлопал по плечу.

– Ну молодец! – сказал он, с интересом разглядывая мое лицо. – Ловкач!

– Володя, – обратился я к нему по имени, – мы с тобой раньше были в хороших отношениях?

– А мы и сейчас не в плохих.

– Ну, слава богу! Тогда я предлагаю тебе заработать денег и заслужить досрочно очередное звание. В этой гостинице, в триста шестом номере, находится убийца Новоторова – профессиональный киллер по кличке Джо.

– Откуда информация? – Улыбка моментально сошла с лица старшины.

– Потом, Володя, потом! Сейчас наша задача – взять его, а потом мы все вместе придем в отделение и я очень подробно обо всем расскажу.

– Ладно, я тебе поверю. Хотя за это мне могут и башку оторвать.

Смелый парень, подумал я, следуя за старшиной, который, опять нахлобучив козырек фуражки на самые глаза, быстро зашел в фойе. Его рука уже непроизвольно потянулась к кобуре, и администраторша, увидев это, тотчас вскочила со стула.

– Сколько выходов из гостиницы? – крикнул Кныш.

– Этот! – кивнула администраторша на двери, через которые мы вошли. – Единственный. Есть еще, но там двери заперты.

– Вход запереть на замок! – приказал Кныш. – Никого не выпускать!

Мы побежали по лестнице на третий этаж. Я второпях пояснял:

– Там сейчас двое. Ты сгоряча не хлопни второго – такой здоровый, молодой, «качок». Он ни в чем не виноват.

– Я сгоряча ничего не делаю, – сквозь зубы ответил Кныш. – Иди за мной и не высовывайся!