«Главное, — подумала Дар, — никогда не оставаться с ним наедине».

Размышления Дар прервали вернувшиеся Ковок-ма и Дут-ток. Они вышли из-за кустов, шурша ветками, и принесли полные пригоршни грибов. Дар была рада поесть, но разволновалась — ведь орки сильно рисковали, отправившись собирать грибы.

— Опасно искать пропитание при свете дня, — сказала она.

— Не так опасно, как брать еду у вашавоки, — сказал Ковок-ма и многозначительно поглядел на Дар.

— Теперь мне не придется этого делать. Еду вашавоки мне сами будут давать.

Дар разорвала в нескольких местах кофту и юбку Тены и объяснила оркам, как нужно нарядиться, чтобы выглядеть как проклятые, и как при этом можно по пути получать пищу. Когда она закончила рассказ, орки заметно смутились.

— Даргу, у тебя странные мысли, — признался Дут-ток.

— Все получится, — заверила его Дар.

— Вашавоки такие глупые? — спросил Ковок-ма.

— Хай, — ответила Дар.

Ковок-ма растянул губы в усмешке.

— Тогда нам и вправду повезло, — он взглянул на изодранную одежду и наморщил нос, — но хотелось бы выстирать это тряпье, прежде чем мы его наденем.

— Это мудро, — кивнула Дар, — Зна-ят будет не так жаловаться.

— Ты его хорошо понимаешь, — сказал Ковок-ма.

Дар в этом сомневалась.

— Где вы выстираете эту одежду? — спросила она.

— Неподалеку течет ручей.

— Я вам помогу, — сказала Дар.

Дар все еще надеялась на то, что ошибалась насчет Зна-ята, и ей хотелось поговорить об этом с Ковоком. Но поскольку с ними отправился Дут-ток, она решила повременить с разговором. Ковок-ма пошел первым по склонам, так густо поросшим лесом, что Дар вскоре перестала опасаться, что их тут могут заметить. Вскоре они оказались у стекающего по склону ручья. Прозрачная холодная вода быстро бежала по камням. Ковок-ма опустился на колени и принялся отстирывать рваную одежду. Дут-ток и Дар помогали ему.

Дар трудилась как могла, но вскоре ей стало ясно, что орки стараются отстирать запахи, которых она не ощущает. Дут-ток и Ковок-ма продолжали тереть о камни одежду, которая для Дар выглядела совершенно чистой, и Дар задумалась о том, как же пахнет она сама. Ей стало неловко. Для того чтобы понять, что ей самой не мешает помыться и постирать свою одежду, не нужно чуткое обоняние орка. Она ушла от орков вверх по течению, чтобы постирать свои вещи и выкупаться. Первым делом она разделась и как следует выстирала одежду — несколько раз она терла юбку и кофту о камни и полоскала. Потом она вымылась сама. В ледяной воде она быстро замерзла и стала дрожать так, что у нее застучали зубы. Но все же Дар старательно мылась, словно пыталась смыть с себя все вашавокское.

В предвечерних сумерках Дар брела по дороге, нарядившись проклятой. При каждом ее шаге звенел колокольчик, привязанный к посоху. Лоб Дар повязала тряпицей. Нос она повязала другой тряпицей, вымазав ее в красной глине под цвет запекшейся крови. Обе ее руки также были обмотаны повязками — так, что казалось, что на одной руке у нее вообще нет пальцев, а на второй не хватает двух. После наступления темноты похожим образом должны были нарядиться орки, но идти вперед, пока светло, могла решиться только Дар. Только она могла раздобыть еду.

После стольких дней, когда приходилось постоянно прятаться, Дар непривычно чувствовала себя на дороге. Хорошо еще, что дорога была почти безлюдная. Народа в холмах жило немного, и Дар шла довольно долго, прежде чем увидела впереди небольшое селение. Оно располагалось у конца проселочной дорога, ведущей в лощину. Дар направилась туда, старательно ударяя по земле посохом, чтобы возвестить о своем приближении. Она была еще на довольно почтительном расстоянии от домов, когда над ее головой просвистел камень. Дар остановилась и увидела, что камень в нее швырнул мальчик, рядом с которым стояла женщина. Мальчишка наклонился и набрал еще камней, но швырять не стал.

— Дальше не ходи, — крикнула женщина, — я вынесу тебе хлеба.

Дар поклонилась и стала отступать назад, не спуская глаз с мальчишки. Женщина подошла к дороге, положила на землю что-то зеленовато-голубое и поспешила прочь. Дар дождалась, пока женщина уйдет, и только потом вернулась. Оказалось, что женщина положила на землю половину каравая хлеба, покрытого плесенью. Дар наклонилась, чтобы подобрать хлеб, и на землю прямо перед ней упал камень. Рядом упал второй. Дар схватила хлеб и поспешила уйти.