Тайлер и Мередит согласно кивнули. И мы, все четверо, начали кричать, доказывая каждый свое.

Мистер Фаррадей поднял руку, чтобы утихомирить нас.

— Успокойтесь. Теперь вы можете расслабиться и получить удовольствие. Наслаждайтесь лагерем. Вы это заслужили.

Тайлер, Мередит, Элизабет и я вернулись в свои домики. Переоделись в купальники и плавки. А потом долго плавали в прохладной озерной воде.

Теперь весь лагерь выглядел совсем по-другому. Зыбучие пески… Пещера без возврата… Охотящийся лес… Ничто нас больше не пугало.

Все, что здесь происходило, являлось сценарием для очередного фильма. Притворялись все, кроме нас — главных актеров, чтобы Р. Б. Фаррадей мог снять живой, неподдельный страх.

— Я до сих пор злюсь, — сказал я, когда после купания мы обсыхали на берегу. — Тот парень, который играл Джека… Он же чуть не утопил меня, когда был в том страшном костюме.

— Я тоже возмущена, — поддержала меня Мередит. — Это было несправедливо. Мы же приехали сюда развлекаться.

— Он использовал нас! — подвела черту Элизабет.

Тайлер с размаху шлепнулся на свое полотенце. Он дрожал.

— Это было слишком страшно, — сказал он. — Получилось так, словно мы были… жертвами. Он никогда не давал нам шанса.

Мы сидели на пляже и еще долго обсуждали все произошедшее. Нас обуревали два чувства: разочарование и злость.

— Мы должны выразить свой протест, — сказал я в конце концов. — Фаррадей и остальные не имели никакого права так нас пугать. Они зашли слишком далеко. Мы должны рассказать, что они с нами сделали.

Все одобрительно закричали.

На нас упала серая тень.

Я обернулся и увидел Неда, брата мистера Фаррадея. Легкий холодок скользнул по моей спине. Нед наблюдал за нами из-за валунов, которые громоздились на берегу, неподалеку от нас.

Его холодные серые глаза сузились. Шрам на лбу вздрагивал. Интересно, слышал ли он, о чем мы говорили?

«Если все эти штучки с запугиванием кончились, тогда почему он следит за нами?» — подумал я.

Остаток дня после обеда мы провели в веселье. Мы катались на картах по извилистой трассе, петлявшей среди деревьев. Дорога эта была кочковатой и местами посыпанной щебенкой. Мы вскрикивали и безудержно смеялись всякий раз, когда налетали на кочку.

Мы вертелись на карусели «Кружись и кричи» до тех пор, пока нам не стало плохо, и все равно продолжали смеяться.

Мы катались по озеру на лодках. Потом попробовали заняться виндсерфингом, что оказалось весьма нелегким делом. После плавания мы вернулись в наши домики, чтобы переодеться к ужину.

Ребята уже готовили хот-доги и жарили бобы, когда я вошел в холл. Некоторые из них оборачивались, когда я проходил мимо. Несколько ребят захлопали и одобрительно закричали, остальные по очереди давали мне пять.

Я понял, что история со счастливым третьим домиком обошла весь лагерь.

Взяв тарелку, я встал в очередь за хот-догами. Я стоял и посматривал по сторонам, выглядывая Джека и Криса. Но их, конечно, не было. Мистер Фаррадей наверняка уже заплатил им за хорошую работу, и они уехали.

Сам мистер Фарадей сидел за столом в окружении вожатых. Он помахал мне рукой. Его брат Нед сидел за тем же столом, но в самом конце. Перед ним стояла доверху наполненная тарелка. Я уселся напротив Мередит, которая разговаривала с соседкой по домику.

Я доел второй хот-дог, когда вдруг сообразил, что не вижу Тайлера.

— Эй, а где мой брат? — закричал я, вскакивая на ноги.

Мистер Фаррадей повернулся ко мне.

— Где Тайлер? — опять заорал я. Комната затихла.

— У тебя что-то случилось, Эндрю? — спросил мистер Фаррадей.

— Мой брат… — повторил я. — Он сказал, что умирает с голоду. Но его до сих пор нет.

— Может быть, он все еще в вашем домике? — высказал предположение Нед.

Я направился к двери.

— Пойду проверю. А то все это немного странно.

— Не расстраивайся. Я пойду с тобой, — сказал мистер Фаррадей.

Он поднялся со своего места и поспешил за мной. Мы зашагали по тропинке, которая вела к нашему домику. Подойдя ближе, я заметил, что дверь была распахнута настежь.

Мы с мистером Фаррадеем остановились.