Бенита казалась озадаченной.

– Какое странное имя! И вы абсолютно правы: среди моих родственников нет такого человека.

Граф улыбнулся, радуясь своей проницательности, однако его положение вовсе не казалось ему забавным.

– Вы не обманули меня? Мы действительно поженились? – переспросил он.

– Не могли же вы забыть маленькую часовню и священника, что обвенчал нас!

Бенита протянула к нему левую руку.

– Вы надели мне на палец обручальное кольцо моей матери. И именно тогда я поняла, что все может оказаться не так ужасно, как я себе представляла.

– Так вы не хотели выходить за меня? – спросил граф.

– Нет, конечно же, нет! Я просто не могла поверить своим ушам, когда вчера утром отец сказал мне, что днем я выхожу замуж!

Она слегка вздохнула и перевела взгляд на огонь.

– Я… я очень… испугалась… и хотела… сбежать.

– И все же вы приехали в часовню!

Графу показалось, что снова, как в офисе Растуса Груна, его разум отказывается служить ему.

– Мой… отец… очень болен, – тихо произнесла Бенита, – и я не могла… отказать ему… когда он… попросил, меня.

– Как зовут вашего отца?

Бенита удивленно взглянула на графа.

– А вы не знаете?

– Я только хочу убедиться, что верно все понимаю.

– Мой отец – майор Ричард Гренфел… и… он самый добрый и самый замечательный человек в целом свете!

В ее голосе прозвучали нотки отчаяния, которые не ускользнули от внимания графа.

– Вы сказали, он болен?

– Да, очень, – ответила Бенита, – и, пожалуйста… пожалуйста, не могли бы мы проведать его… как только у вас появится возможность?

– Конечно, все будет так, как вы захотите, но я никак не могу понять…

И вдруг он осознал, что не имеет права еще сильнее огорчать это невинное, такое юное созданию. Поэтому он быстро добавил:

– Я хотел сказать, что не могу понять, за что мне выпало такое счастье: жениться столь странным образом, но жениться именно на вас!

Бенита улыбнулась.

– Вы правда это имели в виду?

– Правда, – сказал граф. – И вы ездите верхом лучше, чем какая-либо из женщин, во-вторых я встречал до сегодняшнего дня.

– Это комплимент Лебедю, и, я думаю, он примет его с удовольствием!

Граф рассмеялся и сказал:

– Мне кажется, Бенита, что все прекрасно!

Теперь наконец мы сможем познакомиться поближе. И давайте представим себе, что не было этой необычной свадьбы. Просто мы только что случайно встретились, катаясь верхом.

Бенита тоже рассмеялась, и ее смех зазвенел как серебряный колокольчик.

– Это будет очаровательная игра! И мне следует извиниться, что я нарушила границы владений вашей светлости.

– Все, что у меня есть, – ваше, – ответил граф, и он знал, что говорит искренне.

Но было еще кое-что, о чем ему очень не хотелось сейчас вспоминать.

Отбросив неприятные мысли, граф сказал:

– Вы сказали, что вам понравилась усадьба, и я надеюсь, что у вас будет время не только осмотреть дом во всех подробностях, но и стать свидетельницей его возрождения.

Бенита захлопала в ладоши.

– Мне нравится ваша идея! Мы начнем с крыши, и будем осматривать дом сверху вниз, или с подвалов?

– И так и Граф.

Граф взглянул на часы.

– Но сначала я должен встретиться с управляющим. Он придет к девяти часам. Полагаю, мы примем его вместе.

– Вы действительно этого хотите, или вы предпочли бы поговорить с ним наедине?

– То, чем сейчас занимаются рабочие, касается нас обоих. Вы тоже могли бы высказать свое мнение.

– Прекрасная идея! – воскликнула Бенита. – Давайте начнем прямо сейчас!

В ее голосе звучал детский восторг.

– Я узнаю, пришел ли управляющий» – сказал граф и направился к двери.

Пока он шел, его не оставляла мысль, что с ним происходит что-то необычное. И он решил рано или поздно докопаться до истины.

Но сейчас, поскольку Бенита, очевидно, знала не больше его самого, приходилось действовать вслепую.

– Я должен был бы знать, что тем или иным образом Растус Грун обманет меня! – говорил граф сам себе.

Уже подойдя к двери, он почувствовал невыразимое облегчение: вопреки всем его ужасным предположениям, его жена не только не была безобразна, но оказалась необычайно красива и очаровательна.