Шрифт:
Взгляд графа говорил о том, что он не уверен, правильно ли все расслышал.
– Я полагаю, ваша светлость согласится после завтрака встретиться с управляющим. Он сообщил мне, что будет ждать вашу светлость в девять часов.
С этими словами Болтон вышел.
Только оставшись один, граф позволил себе восторженный возглас.
Невозможно было поверить, как невероятно казалось все. Но именно об этом граф так долго мечтал. Ради этого он работал последние годы.
Но потерпел неудачу!
А Растус Грун взмахнул волшебной палочкой, и все получилось – действительно получилось!
Графу казалось, что он не сможет дождаться утра.
Ему хотелось увидеть лица своих людей, когда они узнают, что их дома отремонтируют, когда он скажет им, что оплата утроится.
Затем, как будто эта мысль все время ускользала от него, граф подумал, что сегодня его первая брачная ночь.
Но он еще ни словом не перекинулся с новобрачной.
Не слышал даже ее голоса, если не считать шепота, которым она поклялась повиноваться ему.
Возможно ли, чтобы она сдержала это обещание, если граф, стольким обязанный ей, ничего не даст взамен?
Эта мысль вернула его с неба на землю.
Граф чувствовал, что невероятно устал после прошлой бурно проведенной ночи. Ему хотелось спать.
Он поднялся на лестничную площадку и оказался рядом с комнатой, в которой спала Бенита.
Инчестер вновь подумал о том, что это первая брачная ночь.
Но, видимо, он не был нетерпеливым женихом.
– По крайней мере, – уговаривал себя граф, – я должен пожелать ей спокойной ночи. Если она не спит, то сочтет неоправданной грубостью с моей стороны, если я не сделаю это.
Сделав над собой усилие, он остановился у Двери спальни Бениты.
Если он не может обеспечить свою жену, то по крайней мере он в состоянии быть учтивым и благодарным!
Очень вежливо граф постучал.
Не услышав ответа, повернул ручку.
Дверь была заперта.
Глава 5
Бенита проснулась рано и сначала никак не могла понять, где находится.
Она обвела комнату взглядом. Занавески на окнах выцвели, обои над ними отклеились, а на потолке проступили бесформенные пятна.
Постепенно в памяти Бениты начали всплывать подробности предыдущего дня, ее свадьба.
Девушка перевела взгляд на золотые часы возле кровати. Они показывали семь. Эти часы вместе с другими вещами прислал ей отец.
Бенита встала и отдернула занавески.
Солнце уже взошло, только несколько звездочек еще виднелись в посветлевшем небе. На земле, на ветвях деревьев блестел иней.
Бенита подумала, что ветер, пробиравший вчера до костей, наверное, стих.
«Поеду кататься», – решила она.
Чтобы не будить няню в столь ранний час, Бенита сама переоделась в костюм для верховой езды, который нашла в шкафу, а длинные золотистые локоны перевязала шелковой лентой. Она никогда не носила шляпы, если никто не мог увидеть ее.
Даже не взглянув в зеркало, Бенита направилась к двери, но с удивлением обнаружила, что она заперта, а ключ вставлен с внутренней стороны. Девушка решила, что няня прошлой ночью заперла комнату, а сама вышла через будуар, куда вела боковая дверь.
Бените не хотелось ни о чем думать. Она спешила добраться до конюшен.
Сбежав по лестнице, она увидела в холле двух горничных в домашних чепчиках. Несмотря на ранний час, одна из них чистила ковры в холле, другая разводила огонь в камине.
Заметив Бениту, горничные присели в реверансе. Она улыбнулась им в ответ.
Входная дверь уже была отперта, и Бенита вышла из дома.
Накануне вечером девушка обратила внимание, в какую сторону отъехала бричка, которая привезла их после венчания, и сейчас направилась туда.
Действительно, пройдя под сводами арки, она оказалась во дворе, вымощенном булыжником. По другую сторону двора располагались конюшни.
В их крышах зияли дыры, а краска с дверей давно облезла.
Когда Бенита подошла ближе, ей встретился грум, и она сразу узнала его. Бенни ухаживал за отцовскими лошадьми и за ее Лебедем.
– Доброе утро, мисс Бе… Я хотел сказать, ваша светлость! Мы с Лебедем прибыли вчера.
– С Лебедем? – радостно воскликнула Бенита. – Ах, Бенни, как замечательно, что Лебедь здесь!
– Мы добрались сюда поздно вечером. Я вед его полями, короткой дорогой, так что наше путешествие оказалось не слишком утомительным.