Мотриль тоже думал об этом и надеялся спасти дона Педро, то есть снова разжечь войну, все плоды которой послужат делу мусульман; если же дон Педро будет взят в плен или убит, то у сарацин больше не останется повода продолжать разорительную войну с непобедимым отныне врагом.

Дон Педро был искусным полководцем, о чем хорошо знал Мотриль; ему были известны все возможности мавров, и, примирившись с христианами, он мог принести мусульманам непоправимый вред.

Кстати, преступление и честолюбие связывали Мотриля и дона Педро теми загадочными, крепкими узами, продолжительность и прочность которых нельзя измерить.

Поэтому мавр благосклонно выслушал дона Педро и ответил:

– Я с благодарностью принимаю ваши предложения, мой король, и помогу вам их осуществить. Вы желаете видеть Аиссу, я позволю вам увидеть ее. Только не волнуйте ее скромность своими слишком пылкими речами, не забывайте, что она едва оправилась от жестокой болезни…

– Я буду помнить об этом, – ответил дон Педро. Мотриль послал за Аиссой, которую тревожило отсутствие вестей от Молеона. Звон оружия, топот слуг и солдат возвещали о неотвратимо надвигающейся опасности, прежде всего о том, что ее пугало, – о приезде дона Педро; но она не знала, что он уже в замке.

Мотриль, надававший ей множество обещаний, опять был вынужден солгать Аиссе. Он очень боялся, что она расскажет королю о смерти Марии Падильи. Эта встреча была опасной, но отказать в ней королю Мотриль не мог. До сего дня Мотрилю удавалось избегать всяческих объяснений, но на этот раз ему станут задавать вопросы, а Аисса отвечать на них…

– Аисса, я пришел сообщить вам, что дон Педро разбит и укрылся в замке, – сказал мавр.

Аисса побледнела.

– Он желает видеть вас и говорить с вами, не отказывайте ему, ибо здесь приказывает он… Кстати, сегодня ночью он уезжает… и лучше с ним не ссориться.

Казалось, Аисса поверила словам мавра. Но мучительное беспокойство предупреждало Аиссу, что ее ждет новое испытание.

– Я не хочу ни говорить с королем, ни встречаться с ним до тех пор, пока не увижу сира де Молеона, которого вы обещали привезти в замок победителем или побежденным, – заявила она.

– Но дон Педро ждет…

– А мне какое дело!

– Здесь повелевает он, повторяю вам.

– У меня есть способ избавиться от его власти, как вам прекрасно известно… Вы помните, что обещали мне?

– Я сдержу свои обещания, Аисса, но помогите мне.

– Я никому не буду помогать обманывать.

– Хорошо… Тогда выдайте королю мою голову, я готов к смерти.

Эта угроза всегда действовала на Аиссу. Привыкшая к спорому на расправу арабскому правосудию, она знала, что голову сносят по одному мановению руки господина, и могла верить, что голова Мотриля под сильной угрозой.

– Что скажет мне король? – спросила она. – И где он будет говорить со мной?

– В моем присутствии.

– Этого мало. Я хочу, чтобы при беседе присутствовали и другие люди.

– Я обещаю вам это.

– Я желаю быть в этом уверена.

– Каким образом?

– Комната, где мы находимся, выходит на площадку замка. Заполните людьми эту площадку, пусть меня сопровождают мои служанки. Мои носилки вынесут туда, и я выслушаю все, что мне скажет король.

– Все ваши желания будут исполнены, донья Аисса.

– Ну и что скажет мне дон Педро?

– Он предложит вам стать его женой.

Аисса отчаянно всплеснула руками в знак протеста.

– Я прекрасно знаю, что вы против этого, – перебил ее Мотриль, – но дайте королю высказать его желание… Не забывайте, что сегодня ночью он уезжает…

– Я все равно не отвечу ему.

– Наоборот, Аисса, вы дадите учтивый ответ. Вы сами видите, что замок окружают испанские и бретонские солдаты; эти люди грубо схватят нас и казнят, если вместе с нами возьмут короля. Чтобы нам спастись, надо дать дону Педро уехать.

– А как же сир де Молеон?

– Он не сможет нас спасти, если дон Педро останется в замке.

– Вы лжете, – возразила Аисса, – вы даже не можете обещать мне привести его ко мне. Где он? Что с ним? Жив ли он?

В это мгновенье Мюзарон по приказу своего господина высоко поднял его знамя, хорошо знакомое Аиссе. Девушка увидела этот дорогой сердцу знак. В экстазе сложив на груди руки, она воскликнула:

– Он видит меня! Он меня слышит! Простите меня, Мотриль, я напрасно подозревала вас… Ступайте и передайте королю, что я сейчас выйду.

Мотриль взглянул на равнину, увидел знамя, узнал его и, побледнев, пробормотал: