Но я не собирался давать Вайленду возможность увидеть выражение лица генерала и спросил:

— Итак, ваш инженер помер, и вам нужен, скажем, водитель для батискафа?

— Ошибаешься. Мы и сами умеем управлять батискафом. Уж не считаешь ли ты, что мы такие безнадежные идиоты, чтобы спереть батискаф, не зная, что с ним делать? В Нассау мы достали все инструкции по ремонту и эксплуатации на французском и английском языках. Не волнуйся, мы умеем управлять им.

— В самом деле? Очень интересно.

Не спрашивая разрешения, я уселся на скамью и закурил — они должны были ожидать от меня чего-нибудь подобного:

— Тогда зачем я вам нужен?

Впервые за наше недолгое знакомство Вайленд пришел в замешательство.

Затем нахмурился и бросил:

— Мы не можем запустить эти проклятые двигатели.

Я глубоко затянулся и попробовал выпустить дым колечком, но из этого ничего не получилось — я никогда не умел этого делать.

— Так, так, так, — пробормотал я. — Очень неудачно. Для вас, конечно, а для меня это очень удобно. Вам нужно лишь запустить два маленьких моторчика и — гопля! — сокровища у вас в руках. Ведь не за грошами же вы охотитесь. А запустить эти моторчики без моей помощи не можете, что очень удобно для меня.

— Ты знаешь, как запустить моторы? — холодно спросил Вайленд.

— Возможно. Это несложно, это всего лишь электрические моторы, работающие от аккумуляторов, — улыбнулся я. — Но электрические цепи, переключатели и предохранители — весьма сложные. В инструкциях они, конечно, указаны?

— Указаны, — ответил Вайленд. Внешний лоск начал понемногу слезать с него, и он почти рычал. — Они закодированы ключом, которого у нас нет.

— Прекрасно, просто прекрасно, — я лениво поднялся на ноги и встал перед Вайлендом. — Без меня вы проиграли, не так ли?

Он не ответил.

— В таком случае я требую награды, Вайленд. Гарантию моей жизни.

В действительности это не волновало меня, но я знал, что должен потребовать этого, иначе он станет чертовски подозрительным.

— Какую гарантию вы можете предложить, Вайленд?

— Боже мой, Толбот, вам не нужны никакие гарантии, — с негодованием и изумлением сказал генерал. — Зачем кому-нибудь убивать вас?

— Послушайте, генерал, — терпеливо разъяснил я. — В джунглях Уолл-стрита вы, возможно, и крупный хищник, но когда речь идет о преступном мире, то здесь вас нельзя отнести даже к котятам. Любого человека, который не работает на вашего друга Вайленда и знает слишком много, всегда ждет один конец, когда он, конечно, ему больше не нужен.

Вайленд знает цену деньгам, даже когда они ему ничего не стоят.

— Вы подразумеваете, что меня тоже ждет такой же конец? поинтересовался генерал.

— Вас — нет, генерал. Вы в безопасности. Я не знаю да и не хочу знать, что связывает вас с Вайлендом. Возможно, он держит вас на крючке, возможно, вы по уши завязли и работаете с ним, но в любом случае это не имеет значения. Вы в безопасности. Исчезновение самого богатого в стране человека приведет к самой крупной за последние десять лет полицейской охоте. Извините за цинизм, генерал, но так обстоит дело. Огромные деньги вызывают огромную активность полиции. Полиция будет оказывать сильный нажим на всех, генерал, а кокаинисты, подобные нашему ошалелому другу, показал я на Ларри, — имеют обыкновение легко раскалываться под нажимом.

Вайленд знает об этом. Так что вы в безопасности, и если не являетесь надежным партнером Вайленда, он найдет способ заставить вас держать язык за зубами, когда все это кончится. Вы ничего не сможете доказать — вы один, а их — много, и, думаю, даже ваша дочь не в курсе того, что происходит. К тому же есть Ройал, а знать, что вокруг рыщет Ройал, ожидая, когда кто-нибудь сделает хоть малейшую ошибку, — достаточная гарантия, что человек не станет поднимать шума. — Я отвернулся от генерала и улыбнулся Вайленду. — Но меня-то можно пустить в расход. — Я щелкнул пальцами. Гарантии, Вайленд, гарантии.

— Я гарантирую вам жизнь, Толбот, — спокойно сказал генерал Рутвен. Я знаю, кто вы, вы — убийца. Но я не позволю просто так убить даже убийцу.

Если с вами что-нибудь случится, я заговорю, невзирая на последствия.

Вайленд прежде всего — человек дела. Ваше убийство не компенсирует тех миллионов, которые он потеряет, так что вам нечего бояться.

Миллионы. Впервые они назвали сумму, за которой охотились. Миллионы.

И добыть их для них должен был я.

— Спасибо, генерал, вы очень добры, — ответил я, потушил сигарету, и с улыбкой повернулся к Вайленду:

— Принесите инструменты, дружок, и пойдем посмотрим на вашу новую игрушку.

Склепы, как правило, не делают в виде металлических цилиндров высотой двести футов, но если бы их делали, эта опора Х-13 стала бы сенсацией. Как склеп, конечно. Здесь было холодно, сыро и темно; мрак не рассеивался, а лишь подчеркивался тремя слабыми светильниками вверху, посередине и внизу; все выглядело жутковато и зловеще и вселяло ужас; многократное эхо голосов наполняло темную, похожую на пещеру, конструкцию — все это напоминало апокалипсическую картину, когда ангел выкликает твое имя в день Страшного Суда. По такому месту, должно быть, проходят после смерти, мрачно подумал я, а не при жизни.