— Да, я знаю, как это делается, — нетерпеливо перебил Пит и аккуратно убрал веревку. — У моей тети Веры было целых две кошки. Я часто играл с ними. Со своим котенком я буду играть точно так же.

Он привязал к концу веревки бумажный бантик. Когда мы уже собрались уходить, Пит громко смеялся, наблюдая за тем, как его котенок носится за бумажкой. У меня было спокойно и радостно на душе — впервые за все время нашего знакомства я оставляла его одного, нисколько не заботясь о том, что ему нечем будет заняться после моего ухода.

Интересно, кто такая тетя Вера? Сестра его матери? Мне как-то даже не приходило в голову, что у него могли остаться родственники по линии матери. В моем неугомонном мозгу начали роиться еще неясные идеи по поводу его родственников с другой стороны.

— Эй, — вдруг воскликнул Дэвид. — А ведь мы с вами кое о чем забыли!

— О чем же?

— Для котенка еще необходима коробочка, куда бы он мог ходить в туалет.

— О Господи, в самом деле, вы совершенно правы. Я даже не подумала о том, что будет, если кто-то найдет кошачьи экскременты на полу. Убирать-то все это придется Эмилии.

— Кажется, я знаю, что мы сможем использовать для этих целей, — подумав, сказал Дэвид.

Мы еще немного обсудили наше сегодняшнее приключение и расстались, договорившись встретиться завтра утром и поиграть в футбол.

Дэвид отправился наверх по задней лестнице, а мне пришлось подниматься к себе другим путем. Когда я была уже у дверей своей комнаты, я увидела на верхних ступеньках Эмилию, собиравшуюся спускаться вниз. Проклятье, откуда так внезапно могла появиться эта женщина? Ее, конечно, не было в комнате Пита, когда мы занимались там с котенком, а никакой другой причины находиться здесь у нее не было.

Я окликнула ее и попросила подождать. У меня возникло ощущение, что она шпионит за мной или за мальчиком. Некоторые люди умеют передвигаться совершенно бесшумно, вероятно, Эмилия в полной мере пользовалась этой своей способностью, чтобы ее хозяйка была постоянно в курсе происходящего в этом доме. Не сомневаюсь, что Эмилия не гнушалась подслушивать и подсматривать за всеми обитателями виллы, однако уличить ее мне не представлялось возможным. Вместо этого я просто сообщила ей, что сегодня вечером меня не будет за обедом и поинтересовалась, во сколько принято запирать входные двери.

— Вы сегодня вернетесь поздно, синьора? — спросила она у меня.

— Я даже не знаю точно. Вот почему я спрашиваю у вас, во сколько вы обычно запираете двери.

— Я не стану запирать двери до тех пор, пока синьора не вернется домой.

Мне оставалось только поблагодарить ее и спуститься в свою комнату. Я была уверена, что Альберто уже успел рассказать ей о том, что сегодня произошло, во всех подробностях. Он никак не отреагировал на мое вмешательство, но ей не удалось справиться со своими эмоциями: ее глаза вместо уже привычного пренебрежения к моей персоне выражали теперь холодную враждебность.

Я нисколько не удивилась бы, если бы узнала, что она подложила мне клубок ядовитых змей в кровать или просто забыла прибрать в моей комнате. Хотя все это маловероятно до тех пор, пока у меня сохраняются нормальные отношения с Франческой. Я как бы находилась под ее молчаливым покровительством. Эмилия могла сколько угодно ненавидеть меня, но пока она бессильна. Тем не менее, войдя, я внимательно обшарила все углы и тщательно перетряхнула постель перед тем, как лечь спать.

Мы с Себастьяно договорились встретиться в семь часов вечера. Я решила, что будет лучше подождать его в холле, у самого входа. Мысль о том, что Эмилия придет доложить о нем или Франческа пригласит его выпить пару коктейлей перед тем, как мы уедем, отнюдь не вдохновляла меня.

Я колебалась между открытым платьем, в котором вполне можно замерзнуть вечером, и неизбежным коричневым костюмом, прибавлявшим мне добрый десяток лет, как вдруг в мою дверь деликатно постучали.

— Кто там? — спросила я.

— Франческа.

— Ой. Входите, пожалуйста.

Поскольку в этот момент я примеряла платье, то мне пришлось судорожно натянуть его на себя. Мучительный еще секунду назад вопрос был моментально разрешен с ее приходом. В любом случае, выбора у меня не было. Как обычно, когда торопишься, заело молнию, и Франческа, прикрыв за собой дверь, узрела меня стоящей перед ней почти голой и дергающей молнию.

— Вы позволите? — Тут же предложила она мне свою помощь.

— Ой, благодарю вас. Боюсь, у меня заела молния.