Тогда Рикка думала, что так происходит всегда. Дурочка! О небо, какая же она дурочка! Рикка вцепилась пальцами в его громадные плечи и хрипло вскрикнула, поскольку мир стал снова взрываться.

Дракон поднял голову, чтобы полюбоваться ее изящным телом, белеющим при свете звезд. Она была девственница, он убедился в этом, осторожно введя в нее палец. Расщелина была горячей и влажной, а наличие установленного им барьера невинности укрепило его решимость как раз в тот момент, когда он больше всего в этом нуждался.

Она была изумительно чувствительна. Груди у нее были небольшие, но идеальной формы и хорошо укладывались в его ладони, соски сильно набухли от ласк. Тонкая талия подчеркивала полноту и округлость ее бедер. Кожа живота отличалась повышенной чувствительностью, как и бархатная поверхность внутренней стороны бедер, между которыми пламенел треугольник рыжих шелковистых волос. Ее ноги были раздвинуты, и расщелина казалась открывшейся розоватой раковиной.

Он пробовал ее на вкус, то легонько прикасаясь к нежной плоти губами, то погружаясь глубоко, и был вознагражден приливами волн страсти. Их поцелуй не обманул его – она была воплощение страсти, когда постанывала и откидывалась назад.

Однако Дракон не спешил брать ее. Каким-то образом, хотя это и стоило ему страшных мук, пытался избежать этого. Его тело кричало и умоляло о разрядке, но он игнорировал его зовы, все его внимание было сосредоточено на том, чтобы доставить удовольствие незнакомой воительнице.

Рикка вгляделась в рельефные черты лица, освещенные отблеском тлеющих углей, и на момент испытала бессильную ярость. Он делает все это нарочно, не давая ей то, чего она хотела, хотя и даря ей то, о чем она раньше даже не подозревала. Она хотела… О божественное небо, опять это начинается…

Рикка задыхалась и стонала, кажется, она ничего больше не могла вынести, тем не менее, отлично знала, что это был тот мужчина, кого она хотела, что дело вовсе не только в той ошеломляющей разрядке, которую он ей подарил.

С силой, о существовании которой она не подозревала, Рикка внезапно заерзала под ним, схватила его за плечи и прижала к земле.

– Довольно, лорд, – прошептала она, касаясь губами его груди. – Довольно. Ты обманываешь нас обоих.

– Нет! – возразил он и попытался остановить ее, но она оказалась быстрее. Его любовная игра кое-чему научила ее, к тому же сработал природный инстинкт.

Он ахнул и отпрянул назад при первом ударе ее языка, задрожав так, словно у него началась лихорадка. «Хорошо, – подумала девушка – он ощущает то же самое».

В глубине воспаленного сознания Дракона родилось опасение, что он может умереть от этого. Затем мощный ток крови заглушил все мысли, оставив только непередаваемо сладостное ощущение.

Когда он снова оказался способным что-то соображать, девушка уже оседлала его. Она откинула назад распущенные волосы. При виде подобного зрелища Дракон потерял способность дышать. А девушка, слегка нахмурившись, сосредоточенно и целеустремленно опускалась на него.

Внезапно осознав ее намерение, викинг попытался ее остановить, но попытка была откровенно слабой. Она просто схватила его за руки и положила их на свои груди, а сама ввела его плоть в тесную влажную расщелину.

Он знал, что должен это остановить, знал, но ничего не мог сделать. Страсть парализовала его тело, кроме веселого дружка, в котором сосредоточилась вся сила.

Дракон беспомощно наблюдал за тем, как она опускалась на него. Она выглядела очень сосредоточенной. Маленькие белые зубки впились в нижнюю губу. Поколебавшись, она чуть изменила положение, чтобы поудобнее захватить дружка.

Откинув назад голову, она издала пронзительный крик, который потряс Дракона до мозга костей. Огромными руками он обхватил ее за бедра. Напрасно он хотел удержать ее. Девушка крепко сжала его и стала ритмично раскачиваться, после чего мир поплыл. Быстро наступил пик, и он излил в нее свое семя. Он откинулся назад на землю, хватая ртом воздух, и впал в забытье.

Через какое-то время Рикка пошевелилась и почувствовала, что у нее замерзла спина. Подняв голову, она поняла, что лежит на груди мужчины. Внутри Рикка ощущала боль, но боль странную, скорее от избытка наслаждения, чем от потери девственности.

Она лишилась девственности. Только сейчас Рикка осознала, что больше не имеет ничего ценного. Она просто-напросто падшая женщина. И теперь ее разъяренная семья сочтет, что она не годится для того, чтобы обменять ее на королевскую благосклонность. Она перестанет существовать для них и сможет исчезнуть. Надежда на это довольно хрупкая, но еще вечером у нее не было и такой, и это побудило ее к действию.

Она основательно впутала этого мужчину в свои дела, воспользовавшись его желанием помочь ей. Какую бы высокую ступеньку он ни занимал по отношению к своему господину – а она не сомневалась, что незнакомец был не просто воином, – его сочтут виновным, если узнают о той роли, которую он сыграл в их взаимоотношениях. Неблагородно подвергать его еще большему риску. Однако ей было трудно заставить себя оторваться от него. Она неохотно отодвинулась и встала на ноги. Бросив на мужчину последний взгляд, Рикка расправила плечи и поспешила к домику.