Затем просунул руки девушке под мышки и поставил ее на ноги.

Франческа все еще слегка пошатывалась и казалась абсолютно беспомощной. Потом начала плакать. Было видно, что она пытается бороться со своей слабостью, но рыданий и потока слез остановить не могла.

— Это никуда не годится! — твердил рассерженный и огорченный Уэлдон. — Мне эта затея тоже не по душе, но я доведу дело до конца!

Девушка прислонилась к нему. Теперь он держал ее в объятиях почти как любовник. И не мог остаться равнодушным к ее слезам.

— Лью! — прошептала она, судорожно всхлипывая. — Я знаю вас. Знаю, что вы справедливый и прямой человек. Проявите и сейчас эти качества! Не важно, что вы думаете, но я клянусь, что ничего хорошего не выйдет из этой встречи. Она убьет меня, как убивают пули или яд. И Элен наша встреча тоже не принесет пользы.

— Эта встреча убьет тебя? Каким образом? Разве Элен похожа на Василиска?

Франческа не ответила.

Он встряхнул ее мягко, но нетерпеливо:

— Послушай, если хочешь, чтобы я вторично дал тебе возможность выговориться, давай выкладывай! Почему ты так боишься этого свидания? Каким образом она может тебя убить?

Девушка, запинаясь, пыталась что-то сказать, но речь ее была бессвязной.

— Ничего не понял! — нетерпеливо прикрикнул Уэлдон. — Это из-за того, что мисс О'Маллок многое знает, а увидев тебя, сможет связать концы с концами? Она знает достаточно, чтобы накинуть веревку тебе на шею?

— Боже, помоги мне! — рыдая, пролепетала Франческа.

— Учти, мне не нравится то, что нам предстоит. — Ее конвоир был непреклонен. — Но придется через это пройти. Можешь идти? Нет? Тогда я понесу тебя!

Уэлдон подхватил ее на руки и быстро понес к дому. Франческа не пыталась вырваться и не просила его больше ни о чем. Прижавшись лицом к его плечу, она дрожала от горя и беспомощности. Рыдания душили ее. А он не переставал изумляться, как ему удалось сломить эту юную тигрицу, лишить ее присутствия духа. Молодой человек не имел ни малейшего понятия, что заставляет его пленницу так противиться свиданию с Элен О'Маллок, но сгорал от любопытства, надеясь это узнать. С каким-то внезапным прозрением он предвидел, что если свести этих двух девиц лицом к лицу, то весь запутанный клубок тайн и загадок мгновенно распутается. Все тайны будут разгаданы — и смерть генерала, и даже исчезновение трупа! Однако все-таки не мог не испытывать сочувствия к Франческе Лагарди.

В полосе света, льющегося из приоткрытой входной двери, Уэлдон на мгновение задержался и еще раз глянул на девушку. Даже сейчас она была прекрасна! Черные волосы, упавшие на плечи, прикрыли лицо, но он увидел ее шею и тот изгиб щеки, который с таким изяществом и мастерством воспроизводили великие итальянские художники золотого века.

И в этот момент удивился самому себе. Он знал, что она преступница, знал, что через несколько минут милая и ласковая девушка сорвет с нее маску. И в то же время вдруг понял, что любит ее. Удивление и сладость любви соединились в его сердце.

Встряхнувшись, парень быстро вошел в холл.

Навстречу ему вышла тетушка Мэгги с охапкой платьев, которые тут же уронила, увидев охранника с его ношей.

— Господи Боже мой! — воскликнула она. — Что это вы сюда принесли, мистер Уэлдон?

— Я принес ответы на твои вопросы, — пояснил он. — Пойдем со мной, ты можешь понадобиться!

Юноша стал подниматься по ступенькам, а негритянка пошла за ним следом, ворча от изумления, однажды даже вскрикнула — видно, ее что-то особенно поразило.

Уэлдон внес Франческу в библиотеку и обрадовался, заметив, что тетушка Мэгги разожгла в камине огонь. От этого появились ощущение комфорта, атмосфера гостеприимства. Он положил Франческу Лагарди на кушетку. Девушка отвернулась, уткнувшись лицом в стенку. Она уже не плакала, но продолжала дрожать с головы до ног.

Не годится показывать ее в таком состоянии хозяйке дома, размышлял парень. Это дикое, растрепанное, измученное существо способно вывести из строя и более крепкие нервы, чем нервы такой хрупкой девушки, как Элен О'Маллок.

— Тетушка Мэгги, — обратился он к негритянке, — как привести эту даму в порядок?

Тетушка Мэгги встала рядом, скрестила руки на своей обширной груди, поджала губы и хмуро уставилась на него:

— Что вы хотите с ней сделать?

— Хочу привести ее в приличный вид — только и всего. С твоей помощью. А потом собираюсь представить ее мисс О'Маллок.

Кухарка вздрогнула, открыв рот от изумления. Ее черные глаза сверкнули, но она воздержалась от комментария.

— Ты права, — произнес Уэлдон в своей обычной спокойной манере. — Нельзя ее показывать твоей хозяйке в таком виде. Сначала нужно привести в порядок. Что мы можем сделать?