— Прощайте, господин морской пехотинец...

Совсем рядом раздался выстрел, Терехов припал на колено и, прикрываясь Маклананом, направил пистолет в сторону нового источника опасности. Следовало предполагать, что здесь может находиться еще один морской пехотинец, но если он такой же размазня, как и первый, то расправиться с ним не составит труда.

И первая, и вторая пули прошли высоко над головой Терехова, он поднял голову и увидел второго противника. Невысокого роста, испуганный, без шлема, короткие темные волосы, неуверенно целится из пистолета. Он находился в полутора десятках метров от Терехова и не предпринимал попыток укрыться. Выстрелил в третий раз и снова промахнулся.

«Это уже совсем смешно!» — подумал Терехов, прицелился из трофейного пистолета и выстрелил, попав точно в грудь. Пехотинец упал. Так, двое убиты, остался третий...

Но Терехов, занятый вторым морским пехотинцем, слишком долго не обращал внимания на первого.

Схватив левой рукой левую руку майора, Макланан с такой силой дернул его, что тот рухнул на пол. Правой рукой он выхватил десантный нож и всадил его в живот Терехова с такой силой, что кончик лезвия вылез из спины.

Тело Терехова оцепенело, и он выронил пистолет.

Макланан отбросил умирающего майора в сторону, оставив его лежать на полу в луже собственной темной теплой крови.

А затем подполз к неподвижному телу, лежавшему возле толстой двери камеры.

— Дэйв? Дэйв?

Да, это был Люгер.

Макланан не мог себе представить, чтобы тот так похудел. Голова и грудь Люгера были покрыты кровью, но это была теплая красная кровь, а не высохшая, и это означало, что сердце Люгера продолжало биться. Макланан осмотрел залитую кровью грудь Дэвида и наконец нашел рану в левой верхней части. Одна тереховская пуля все-таки пролетела мимо, а вот вторая скользнула вверх вдоль ключицы. На четверть дюйма ниже, и она задела бы сердце. Зажимая одной рукой рану Люгера, Макланан вытащил из подсумка аптечку и толстый тампон. Когда он прижал тампон к ране, с покрытых коркой губ Люгера сорвался тихий стон.

— Дэйв? Это я, дружище, Патрик! Очнись!

У Люгера дрогнули веки, он открыл глаза и заморгал, пытаясь разглядеть в темноте склонившееся над ним окровавленное усталое лицо.

— Что? — спросил он по-русски. — Кто это?

— Дэйв, это я, Патрик. Все в порядке. Это я. Твой напарник... Патрик.

Глаза Люгера раскрылись еще шире, и Патрик удивился, почувствовав, как ладонь Люгера ощупывает его лицо и покрытые засохшей кровью волосы.

— Па... Патрик? Это ты?

— Да, Дэйв. — Радость настолько переполняла сердце Макланана, что он с трудом сдержал слезы. — Да, это я...

— Как трогательно, — раздался сзади слабый голос Вадима Терехова, в руке которого непонятно каким образом оказался пистолет. Залитая кровью, обмотанная парашютным шнуром ручка десантного ножа так и торчала из его живота. — Значит... вы старые друзья, да? — прошептал он по-английски. — Тогда можете присоединиться ко мне в аду. — Трясущейся рукой Терехов поднял пистолет и прицелился Макланану в затылок. — Прощайте...

— Нет, это ты прощай, сволочь. — Генерал Джон Ормак направил на Терехова автомат и нажал на спусковой крючок. Очередь из тридцати двух пуль, длившаяся около трех секунд, изрешетила тело Терехова, и вот теперь он был окончательно мертв. Ведь на нем не было толстого кевларового бронежилета, как на Ормаке...

— Туда ему и дорога, — произнес Ормак. — Ну кто теперь скажет, что я не могу попасть в широкую стену гаража? — Он отбросил автомат и опустился на колени возле Дэвида. — Люгер, это ты? Ты в порядке, лейтенант?

Автоматная очередь, похоже, окончательно привела Люгера в чувство, глаза его округлились в изумлении, когда он повернул голову и увидел Ормака.

— Полковник... полковник Ормак, это вы? Вы тоже здесь! Это просто сон какой-то из давнего прошлого.

— Да, это точно я, — с гордостью заявил Ормак. — И можешь называть меня генерал, сынок.

— Слушаюсь, — ответил Люгер, слабо улыбнувшись. — Слушаюсь, генерал. Мне надо было бы догадаться. Патрик?

— Я здесь, Дэйв.

Ормак протянул Макланану свою аптечку, и тот занялся выходным отверстием от пули на спине Люгера.

— Мы сейчас отправимся домой?

Но Макланан не успел ответить. Он услышал шаги в темноте, быстро схватил с пола пистолет, повернулся и прицелился в темноту.

— Отлично действуете, полковник, — похвалил сержант Уол, выходя на свет. Тут же появились еще трое морских пехотинцев. Уол поднял кверху очки ночного видения и сказал, изобразив подобие улыбки: — В первую секунду я подумал, что мои очки вышли из строя... потому что в эту секунду вы были похожи на настоящего морского пехотинца. — Он кивнул в сторону Люгера: — Кто это? Краснохвостый Ястреб? — Тут Уол заметил изуродованное тело Терехова. — Надеюсь, это не он...

— Что? — спросил Люгер по-русски.

— О, отлично. Вы захватили русского...

— Нет, это он, — оборвал Уола Макланан. — Сержант Уол, разрешите представить вам старшего лейтенанта Дэвида Люгера, ВВС США. Дэйв, это сержант Уол. Пусть кто-нибудь поможет мне перевязать ему рану.

— Рурк, займись, — приказал сержант, обращаясь к морскому пехотинцу с зеленой медицинской сумкой. Присев, Уол потрепал Люгера по ноге и ободряюще улыбнулся. — Рад познакомиться с вами, лейтенант. Я рад, что Макланан и Ормак нашли вас, и еще рад тому, что вы живы. — Затем сержант посмотрел на Ормака, который сидел возле стены, массируя то место на груди, куда его ударила пуля Терехова, и добавил: — Черт возьми, генерал, а Люгер даже костлявее вас! Что это с вами, летунами, такое? Питаете отвращение к физическим упражнениям?