Вообще-то контрольно-пропускная система и прочие меры безопасности были отработаны здесь на славу. Ограничений в допуске с лихвой хватило бы на дюжину военных баз. На многие мили воздушное пространство было закрыто для самолетов, дороги перекрыты шлагбаумами. Вооруженная охрана постоянно контролировала территорию. Висели предупредительные знаки «Осторожно, стреляют без предупреждения!». Каждое из зданий охранялось отдельно.

Странно, думал генерал, как он прошел, кто его вообще пустил? Надо поинтересоваться...

Его неожиданно вывел из размышлений голос полковника:

— Хорошо, я скажу, но не могли бы вы для начала отключить магнитофон и видеокамеру?

Эллиот чуть не подпрыгнул в кресле.

— Не могу и не буду этого делать. Таковы правила, в конце концов! — Он уже сердился. — Итак, полковник, что вы намерены мне сообщить? Дело в том, что я крайне занят.

— Сэр, видите ли, та информация, которой я собрался поделиться с вами, — не только сугубо неофициальная, она строго между нами. Вы, в принципе, можете поступать с ней, как заблагорассудится, но что касается меня, то я рискнул своей карьерой, появившись здесь, не говоря уже о возможном аресте.

Эллиот холодно посмотрел на полковника.

— Послушайте, дорогой мой, вы, может быть, получаете огромное удовольствие от ваших длинных предисловий, а я вот собираюсь положить этому конец.

— Тогда выкиньте меня отсюда. И чем скорее, тем лучше. Я почти полсвета исколесил, чтобы добраться до вас. И это еще не все: я пробовал воспользоваться другими каналами, найти иные пути, чтобы решить одну задачку.

Эллиот посмотрел на Уайта внимательнее и увидел в его глазах отчаяние и одновременно решимость. Несомненно, то, что привело его сюда сейчас, не давало ему покоя, мучило. Он хотел разгадать какую-то шараду и при этом мало заботился о возможных последствиях.

— Не знаю пока, с чем вы пришли, какая там важная новость у вас на хвосте, но уверен, полковник, погибать и портить себе жизнь из-за нее не стоит. Мне кажется, что я знаю вас, ваш характер, хотя никогда раньше не видел. Мы даже в чем-то похожи. Вы человек решительный, идеалист, и если видите — что-то не получается, то как настойчивый изобретатель стараетесь докопаться, в чем загвоздка. Думаю, и сейчас вы сможете, если проявите благоразумие...

— Нет, генерал, ошибаетесь, не смогу, а вот вы сможете.

— Что?

— Докопаться до правды. Поверьте, я перепробовал все каналы — ноль эффекта. Почему — понять не могу. Я ведь действительно узнал...

Эллиот достаточно повидал на своем веку, чтобы разбираться в людях. Он дважды попадал во Вьетнам, бывал в разных переделках, начинал с рядового летчика, потом командир эскадрильи, авиаполка, вплоть до командующего 8-м военно-воздушным флотом. Теперь вот здесь, начальник крупного объекта... Словом, он знал, кто стоит пред ним сейчас — воин, солдат, рубака. Генерал посмотрел Уайту в глаза.

— Узнал, говоришь? А ну давай поподробней.

— Что-то приключилось с Дэвидом Люгером.

При этих словах старый мудрый Эллиот почувствовал, как волосы на его голове встают дыбом. Первое, что он предпринял, это попытался полностью взять себя в руки.

— Люгер, зовут Дэвид. Странно, ни имя, ни фамилия мне ничего не говорят.

— Прошу прощения за мое нахальство, сэр, но ваше лицо свидетельствует об обратном.

— Хорошо, раз ты настаиваешь. Даю тебе еще один шанс, последнее предупреждение, прежде чем поезд, который ты пытаешься остановить, раздавит тебя, как лягушку, клянусь Богом. Так вот, всяческое упоминание о лейтенанте Люгере запрещено, он засекречен.

— У меня есть допуск...

— Полковник, не порите чепухи. Мне самому понадобился бы допуск, если бы я полез в это дело, и, скорее всего, мне бы отказали. Вы не знаете, с каким огнем шутите. Кроме того, вообще не уверен, что ваши пространные домыслы...

В этот момент его собеседник не выдержал. Резким движением Уайт распахнул молнию своей летной куртки, достал толстый пакет, вынув его вообще откуда-то с тела, прямо из-под майки.

— Что за стриптиз вы здесь устраиваете, полковник! Стыдитесь, вы в чужом служебном кабинете.

Уайт пропустил замечание мимо ушей, он слишком торопился открыть пакет.

— Сейчас, сейчас, генерал, смотрите. Он жив. Мы получили эту фотографию от нашего агента в Литве. Он! Не сомневайтесь: я знаю точно.

Эллиот и не сомневался, он видел перед собой довольно четкий снимок, правда, снятый с приличного расстояния, на любительской аппаратуре, но так или иначе был уверен — это Люгер, никто иной. Малый находился в окружении русского спецназа. Фантастика.

Дэйв выглядел худым и бледным. Все та же знакомая, чуть продолговатая голова, долговязая фигура, нескладная походка, большие лопатообразные ладони с длинными пальцами. Люгер нес чемоданчик. Он был одет в простенькое коричневое пальто поверх свитера, без перчаток и шляпы, хотя на тех ребятах, что его сопровождали, были перчатки, вроде из кожи, на головах береты, воротники курток приподняты — все это указывало на относительно прохладную погоду.