— Вы берете с собой всех этих воинов? Но ведь вы говорили, что не станете рисковать…

— Все изменилось. — Он наклонился и протянул руки. — Идите сюда. Нам следует вернуться до темноты.

— Я тоже поеду?

— Зачем бы еще я предложил вам встретится со мной в полдень?

— Первый раз вы меня не брали.

— Я же сказал вам, сейчас все изменилось. Вы можете мне понадобиться.

Тогда, конечно же, она должна ехать. Она подошла ближе, и он поднял ее к себе в седло, посадив впереди себя.

— Но вы ведь теперь знаете сами, как выглядят шелковичные деревья.

Он не ответил и подал знак отправляться.

Сегодняшняя ее поездка с Вэром резко отличалась от той, когда она ехала с ним в ночь ее приезда в Дандрагон. Металл на доспехах, к которому она прижималась спиной, нагрелся от солнца, и ей почему-то стало очень уютно.

— Вы взяли повозку, чтобы везти листья?

— Да.

— Но столько не надо! Нескольких корзин вполне достаточно.

— У меня нет выбора.

— Но мы только потеряем…

— Вы собираетесь болтать весь день?

— Нет, если вы отказываетесь от здравого смысла. С чего бы мне беспокоиться, если вы будете выглядеть глупо перед вашими людьми? — Она замолчала и теснее приникла спиной к Вэру, отдаваясь блаженному состоянию покоя, радуясь солнцу, ласкающему ее лицо, запахам кипарисов и пальм.

Когда, часом позже, они достигли склона, ведущего к роще шелковицы, ей показалось, что они доехали слишком быстро.

Вэр спешился и снял ее с седла. Он вел себя очень напряженно, вглядываясь в скалы, деревья и оглядывая подножия холмов, окружавших их.

— Что там? — спросила она. — Я ничего не вижу. Там кто-то есть?

Он не сразу ответил ей, и через минуту, она увидела, что он успокоился.

— Нет, там пока никого нет.

Он отдал приказ солдатам, распределив силы таким образом: часть солдат обрывает листья, а другая — стоит в это время на страже. Tea спустилась вниз по склону и попала в рощу шелковичных деревьев. Здесь они вырастали выше, напоенные более щедрым солнцем, чем в Константинополе. Они будут давать тень и кормить своих обитателей еще многие годы…

Треск ломающихся ветвей заставил ее резко обернуться, тут она увидела, как Абдул, взмахнув мечом, единым ударом отсек от ствола ветку с мясистыми листьями.

— Нет, — закричала она и рванулась в его сторону. — Прекратите!

Он недоумевающе уставился на нее.

— Оставайтесь на месте. — Вэр в несколько шагов достиг ее. — Он всего лишь собирает ваши листья. — И указал на солдат, двинувшихся с мечами к деревьям. — Ради Бога, ведь это то, что вы хотели.

— Вам следует только обдирать листья, оставляя ветки в покое. Вы не должны уродовать эти прекрасные деревья белой шелковицы.

— Это займет в два раза больше времени, — сказал Абдул. — И у нас нет лестниц, чтобы забираться на деревья.

— Так вы именно так собирали для меня листья прошлый раз?

— А вы думали, я дунул на них и они слетели на землю? — вопросом на вопрос ответил Вэр.

— Полагаю, это моя вина. Мне надо было предупредить вас быть бережными с деревьями. — Она повернулась к Абдулу. — Но вы не должны обрубать ветки.

Абдул недоуменно посмотрел на Вэра.

— Я не собираюсь заставлять своих солдат, сняв доспехи, лезть на деревья, — мрачно сказал он.

— Тогда я сама буду обдирать листья, — заявила Tea. — Это займет немного больше времени, но я ведь говорила вам, мне не нужна их целая повозка.

— Я не хочу тратить на это занятие больше времени, чем нужно. — Вэр с удивлением посмотрел на ее упрямо выдвинутый подбородок и с раздражением отвернулся. — Ради Бога, Абдул, прикажи людям забраться на нижние ветки и обдирать листья с них. Только пусть они не снимают доспехов.

Абдул вздохнул и отошел к солдатам.

— Это не моя прихоть, хотя у меня есть основания говорить так. Эти деревья очень важны. Если бы вы видели, какая это красота… Белые плоды, листья тонкие, гладкие.

— Решение принято, — отрезал Вэр. — И теперь уже не имеет значения, обоснованно оно или нет. Я хочу лишь, чтобы все закончилось как можно быстрее… — Он поморщился. — Держу пари, мои люди думают так же. Эти доспехи очень тяжелые и не предназначены для лазанья в них по деревьям. Кроме того, в этой работе очень мало чести. Воину унизительно уподобляться обезьяне и собирать листья.

— Это достойное занятие, и не важно, кто это делает. Деревья дают нам красоту и условия для…

Сзади раздался громкий треск.