Болдред сложила крылья и переступила с лапы на лапу:

— Да, тогда вас могли убить, а от вашей смерти было бы немного проку. А теперь ты возвращаешься в Маршанк, ведя за собой целую армию. По дороге к нам присоединится еще немало зверей — я об этом позаботилась. — Болдред расправила крылья, готовясь взлететь. — Дела вынуждают меня ненадолго тебя покинуть. Встретимся под стенами Маршанка. И не горюй о том, что ты мог бы сделать, думай о том, что должно быть сейчас.

Мартин посмотрел вслед своей пернатой соратнице, направившей свой полет вниз по течению реки, в лес, черневший на фоне закатного неба.

— Подвинь-ка малость корму, дружище, дай я барабан возьму! — Жена Старворта Настурция открыла рундук и выкатила на палубу большой барабан. Она положила его на бухту каната и стала бить по нему мощным хвостом.

Услышав прорезавший вечернюю тишину рокот барабана, к Мартину на нос барки подошла Роза. Настурция объяснила:

— Вот, еще зверей на помощь созываю. Мой Старворт говорит: чем больше лап за хорошее дело берется, тем лучше.

На призывную дробь Настурции ответил другой барабан. Роза показала лапой выше по течению:

— Смотрите!

У берега стоял, готовясь присоединиться к их флотилии, большой, неряшливо связанный плот, посредине которого была построена хлипкая хижина. На плоту выстроились, держа шесты наготове, выдры и ежи. Старворт бросился к борту и замахал им, приветствуя как старых знакомых:

— Эй, Гулба, поразмяться решила?

Зверей на плоту возглавляла огромная ежиха, иголки на голове которой были украшены разноцветными ленточками. Она потрясла внушительного вида палицей, утыканной осколками горного хрусталя:

— Привет, Старворт! Ну ты и раздобрел, однако.

Из хижины на плоту появился муж Гулбы Трунг — толстенький еж. В одной лапе он держал недоеденную кулебяку с рачками, а другой крутил над головой свое оружие — ремень, на раздвоенном конце которого постукивали друг о друга два камня.

— С кем это у нас война, Настурция, и когда мы до него доберемся?

— Мы плывем воевать с тем злодеем, что живет в большом замке на берегу Восточного моря. Если ветер будет попутным и нам не встретится порогов, мы должны добраться туда завтра к полудню. Вы с нами или как?

Пропустив «Водяную лилию», звери на плоту оттолкнулись шестами, и плот, растолкав долбленки землероек, пошел за баркой в кильватер. Гулба оперлась на свою палицу и нахмурилась:

— Мы с вами. Что за радость дожидаться, пока этот горностай подомнет под себя все побережье и начнет искать себе рабов в лесах? Пора его приструнить раз и навсегда!

Ночь Мартин провел беспокойно — всякий раз, стоило ему задремать, раздавался барабанный бой и в ряды растущей на глазах армии вступало еще одно лесное племя. Роза безмятежно проспала всю ночь. Проснувшись на заре, она с изумлением и восторгом увидела, что река, насколько хватало глаз, забита судами и лодками, которые едва выдерживали тяжесть зверей, готовых сражаться на их стороне. По обоим берегам, стараясь не отставать от судов, вприпрыжку мчались белки и мыши. Мимо Розы по палубе пробежал Старворт и подскочил к борту. Ухватившись за канат, он вгляделся из-под лапы вперед, туда, где над водой клубился туман.

— Берегись, салаги, впереди устье!

Мартин, который развязывал котомку с припасами, прислушался:

— Устье? А что это?

Внезапно «Водяная лилия» прибавила ходу, вдали послышался плеск воды.

Старворт подмигнул Мартину и Розе:

— Держитесь покрепче, устье — это место, где протока сливается с главным руслом реки Широкой. Ничего страшного, просто быстрина.

Барка накренилась, ее начало трясти и подбрасывать. Шпангоуты жалобно заскрипели, и Настурция крикнула с кормы:

— Старворт, хватит бездельничать! Жми сюда, мне одной с этим румпелем не управиться!

Говорить больше было некогда. Роза судорожно вцепилась в Мартина. Тот едва успел намотать себе на лапы какую-то снасть и набрать в грудь воздуха, как барка подошла к порогам. Над вспененной водой висела сплошная завеса брызг, в которых сверкала радуга. Все звери на барке тут же вымокли до нитки, а судно полетело с высоты вниз по перекату. Мимо мчались остроконечные скалы.

Старворт и Настурция с ликующим хохотом налегли вдвоем на рвущийся из лап румпель и закричали в один голос, перекрывая шум воды:

— Поехали-и-и-и-и-и-и-и-и!

Раздался громкий всплеск, и «Водяная лилия» поплыла по реке Широкой. Старворт на корме тут же выпрямился и скомандовал:

— На весла, братцы, навались! Отойдем скорее в сторону, возьмем плот на буксир и выйдем на стрежень!

Выдры изо всех сил заработали веслами, чтобы с «Водяной лилией» не столкнулись другие суда, прошедшие вслед за ними перекат. Падая с него, две долбленки с землеройками перевернулись. Гулба и ее муж Трунг, командовавшие плотом, сумели вместе со своими друзьями-выдрами четко приводниться, подняв громадный фонтан брызг. От удара хижина посредине плота наполовину развалилась, но Гулба не обратила на это внимания — она сердито кричала землеройкам: