— Его передала семейству Брома сова по имени Эмалет, — ответила Обреция, роясь в своей сумке с травами. — Ее мать Болдред была не только отличным картографом, но и великим художником. Мы с Бултипом вышли из Полуденной долины в начале прошлого лета. Мы с младенчества слышали от путников рассказы о Мартине и Рэдволле, так что мы решили увидеть ваше аббатство своими глазами. А вот подарок аббатству, который я принесла с собой.

Аббат принял подарок — тоненький прутик, вставленный в мешочек с влажным суглинком. Нацепив на нос очки, Сакстус с любопытством принялся разглядывать его, вертя перед глазами во все стороны.

— Большое спасибо, но, прошу извинить мое невежество, что это такое?

— Когда-то Грумм посадил на могиле Розы розу, — объяснила Обреция. — Это красная роза. Она расцветает позже других — поэтому мы называем ее «Поздней розой». Это черенок от того самого куста.

Симеон нежно ощупал черенок.

— Я посажу его в саду нашего аббатства. Он вырастет и станет цвести в память о храброй мышке. Поздняя Роза — какое красивое имя! Ты говоришь — это полный титул Розы: Поздняя Роза из Полуденной долины, дочь Уррана Во и Арьи.

Аббат Сакстус вернул Обреции медальон.

— Мы благодарим тебя за все, дитя мое. Память о Поздней Розе будут свято чтить в аббатстве Рэдволл. Мартин дал ему мощь, теперь Роза даст ему красоту. Вот что, друзья: я устал, и вы, должно быть, тоже. Ступайте и отдохните. Можете у нас погостить сколько пожелаете.

Все, кто сидел в Пещерном Зале, стали подниматься по лестнице наверх, чтобы разойтись по кельям. Обреция шла лапа об лапу с аббатом.

— Спасибо за приглашение, отец аббат. Мы с Бултипом охотно провели бы здесь всю зиму, до самой весны.

— Для тебя с Бултипом у нас всегда найдется кров, Обреция. Наше аббатство — обитель дружбы. Нас может посетить любой, стар и млад, кто слышал или читал о Рэдволле. Если вы когда-нибудь снова окажетесь в наших краях, не стесняйтесь, вас здесь ждут.