Болдред и Страж сбросили сеть. Их расчет был верен: один конец зацепился за три зубца стены, а остальная часть свесилась вниз. Королева Амбалла дернула за сеть, чтобы проверить, надежно ли та зацепилась.

— Теперьлеземнаверх, всевсевсе!

Рядом с ней на стену полезли Гулба с Трунгом, и вся сеть вмиг покрылась ежами и карликовыми землеройками.

Десяти белкам из племени Гоо удалось взобраться на южную стену. Стоя на ее узком гребне, шестеро из них отбивали атаки солдат Бадранга, между тем как остальные четверо сбросили вниз веревки, к которым были привязаны палочки, образовывавшие подобие лестницы. Старворт обвязал вокруг пояса свою пращу и схватился за одну из веревок:

— Давай, парни, это все равно как по вантам лазить!

Грумм и другие кроты сидели в ожидании. Наконец из-за стены донеслись крики и шум битвы.

— Давай, кроты. Покажем, значится… как земельку копать надо!

Из-под натруженных лап во все стороны полетели камни, песок и земля с травой, и подкоп стал стремительно расти вширь и вглубь.

Стоя на темном берегу, Мартин видел, как на освещенной пламенем горящих ворот стене мечутся фигурки солдат. Он выстрелил и, прежде чем вместе со своей шеренгой лечь и перезарядить лук по команде Баллау, успел увидеть, как упала морская крыса, которой его стрела вонзилась в горло.

План с повозкой сработал отлично. Несмотря на огромное количество песка и воду, которую лили со стены куда попало, пламя жадно лизало брусья ворот и стало вгрызаться в дерево, пока оно не запылало.

Не поднимая головы, Дубрябина подползла к Мартину и Баллау и, приподнявшись, увидела, как хорек на стене яростно хлопает лапами по горящему плащу, пытаясь его потушить.

— Докладывает барсучиха Дубрябина. Задание выполнено… Что дальше делать будем?

Мартин отшвырнул лук и вынул из ножен меч:

— Я полезу по сети на северную стену!

Баллау и остальные отправились вместе с ними. Дубрябина тяжело вздохнула и, взяв лук и стрелы, уселась на песок.

— Будь я помоложе да постройнее, я бы тоже на эту сетку полезла. А так посижу тут да поупражняюсь в стрельбе!

Тушить горящие ворота было бесполезно. Бадранг отправил во двор отряд копьеносцев с длинными пиками, чтобы отбивать атаки тех, кто попытается проникнуть в крепость, когда ворота рухнут. Разделив оборонявшее стены войско на две части, он поручил защиту северной стены Крестозубу, южной — Блохолову, а сам, прыгая через две ступеньки, спустился во двор и бросился в длинный дом. Впервые в жизни тиран ощутил, как его сердце сжимается от леденящего ужаса. Он вынужден был признаться самому себе — битва проиграна. Маршанк вот-вот падет.

Что делать? Он заперт в собственной крепости, окруженной войском бесстрашных бойцов. Некоторые из этих бойцов были его рабами, с которыми он жестоко обращался, морил городом и избивал. Лапы Бадранга задрожали. Что если он попадет в плен к своим же рабам? Бадранг вылез из заднего окна дома. Он стоял у северной стены, над ним бушевала битва. Бадранг поднял голову. При свете пожара он видел, как его солдат на стене теснят полчища землероек и ежей.

Вдруг тиран весь похолодел, во рту от страха пересохло. Освещенный заревом горящих ворот, на парапете стоял воин. Бадранг мгновенно понял, кто это. Мышонок по имени Мартин — тот самый, что когда-то первым бросил вызов его власти, тот самый, которого он привязал к столбам на стене и заточил в темницу. Юный воин сражался за десятерых. Оскалив зубы, он очертя голову бросился в гущу битвы, поспевая повсюду. Затаившийся под стеной Бадранг бросился наутек, пока бесстрашный мститель его не узнал.

Старворт и Настурции оставили белок из племени Гоо сражаться с солдатами на южной стене — вооруженные каменными топорами белки с безумным хохотом бросались на мечи врагов. Во главе своего отряда две выдры спустились по лестницам во двор крепости и атаковали с тыла копьеносцев, которым было поручено защищать горящие ворота. Прежде чем те успели изготовиться к отражению неожиданной атаки, выдры поднырнули под пики и с поразительной быстротой стали молотить по головам врагов пращами, в которые были вложены камни. Когда последний враг упал, брусья ворот заскрипели и перекосились.

— Полундра, ворота падают! — вскричала Настурция.

Выдры бросились врассыпную, а створки ворот с треском выгнулись и рухнули во двор, взметнув целый смерч дыма и искр.

Старворт, сбитый с лап обжигающим вихрем, поднялся:

— Расступись, братва, дорогу барсучихе!

Это было величественное и в то же время жутковатое зрелище: разбрасывая лапами песок, Дубрябина ринулась прямо в пекло. Издав оглушительный рык, огромная барсучиха прыгнула через пылающие створки ворот и, пролетев сквозь огонь, приземлилась на все четыре лапы во дворе. К ней бросились выдры и стали тушить тлевшую на ней шерсть.

— Ну вот, не такая я, оказывается, еще старуха, — рассмеялась Дубрябина, шаркая обожженными лапами о землю, чтобы остудить их.

Крестозуб пробивался по северной стене в тыл, надеясь, что с задней стены, где было потише, можно будет ускользнуть из боя. Лис был опытным бойцом и сумел сразить своим длинным копьем нескольких карликовых землероек. С силой сделав выпад, он столкнул одну из них со стены, и та, кувыркаясь, полетела вниз, а другую он оглушил древком копья.

На его пути встала королева Амбалла; он попытался было проткнуть копьем и ее, но она ловко уворачивалась от его выпадов и храбро отбивала острие копья своим маленьким мечом. Подоспевший Мартин ударил Крестозуба обеими задними лапами пониже спины, и тот полетел вверх тормашками. Не теряя даром времени, Амбалла прикончила упавшего на нее врага одним ударом и, выбравшись из-под его трупа, вскочила: