— Столь милый и невинный порок свидетельствует о том, что вам не чуждо подлинно человеческое, и тем самым возвеличивает вас в наших глазах, заставляет относится к вам с еще большим почтением и послушанием. Вы отмечены в своей святости перстом Господним, но эта святость не просто так снизошла на вас, вы обрели ее в результате многолетнего и терпеливого служения.

— Боюсь, мне недолго пребывать в святости, — заметил с довольным смешком Тарстен, поднимая жестом Хью на ноги, — если вы и дальше будете искушать меня лестью.

Хью начал было боком отодвигаться в сторону, но его остановил, положив руку на плечо, Гилберт де Лэйси.

— Вы только что из Нортумбрии?

— Да, милорд. Ратссон — имение моего дяди — находится к северо-востоку от Морпета.

— Оно в руках неприятеля? — спросил стоявший рядом Вильям Пеперель Ноттингемский, чуть повысив мягкий приятный голос.

— Нет, когда я уезжал оттуда, о шотландцах не было еще ни слуху ни духу, и я надеюсь, что нас там вообще минет сия горькая чаша, — ответил Хью. — Мы живем на отшибе, ни одна из дорог с севера не ведет через Ратссон.

— А остаться, вы посчитали, было слишком опасно? — спросил де Лэйси.

Сэр Вальтер взорвался:

— Не говорите ерунды, Гилберт, а то Хью вам мигом голову открутит.

Де Лэйси нетерпеливо махнул рукой.

— Успокойтесь, Вальтер. Я знаю этого человека и не сомневаюсь в его храбрости. Я просто хочу знать причину, по которой он оставил поместье.

— Если вы имеете в виду те зверства, которые творят шотландцы, я понятия о них не имел, когда уезжал из Ратссона. За день до того, как они пустили по ветру Белей, в Морпете еще тоже не знали, что они выступили в поход.

— Как это?

Хью пожал плечами.

— Самого де Мерли не было в крепости той ночью, когда мы с женой остановились в Морпете на ночлег, но, я уверен, знай он сам хоть что-нибудь, обязательно дал бы мне знать об этом через своего управляющего. Де Мерли назначен королем Стефаном в Морпет совсем недавно и, боюсь, не успел еще завести при дворе короля Дэвида друзей, которые могли бы послать ему весточку о готовящемся нападении.

Сэр Вальтер улыбнулся, но улыбка его была не из тех, которые называют веселыми.

— Весьма правдоподобно. Стефан послал де Мерли в Морпет потому, что у прежнего кастеляна было слишком много друзей среди шотландцев и он уж чересчур охотно прислушивался к тому, что нашептывали ему на ушко люди Дэвида. То же касается Алника, да и иных королевских цитаделей.

— Свалились, говорите, как снег на голову, — покачал головой де Лэйси. — Но даже если это так…

— Так или не так, нет смысла сейчас гадать об этом, — вмешался Пеперель. — Но вот что хотелось бы услышать: не сгущают ли краски, когда взахлеб расписывают бессмысленную жестокость шотландцев?

— Именно бессмысленную — вы нашли верное слово, — кивнул головой Хью. — В том, что они творят, действительно нет никакого смысла. Этим землям всегда достается, они не раз переходили из рук в руки, но мне еще не приходилось видеть ничего подобного — во всяком случае в таких масштабах; бывает, конечно, налетит шайка горцев, пограбит поизмывается, но сейчас… В том, что они убивают йоменов, которые пытаются защищать свои жилища, нет ничего удивительного, но они же вырезают всех под корень — женщин, маленьких детей… Более того, я видел скот, сожженный прямо в хлевах, неразделанные туши, валявшиеся повсюду. Уж в этом-то какой им прок? Вместо того чтобы угнать и продать или скормить той же армии…

— Где вы это видели? — заинтересовался Элбемарль.

— К востоку от Хьюга, если ехать по направлению к Диа Стрит, в полумиле или миле восточнее Диа Стрит, чуть южнее Адриановой стены, — ответил Хью. — Мы с женой и ребенком были в Хьюге, когда узнали о шотландском нашествии. Поскольку до Ратссона путь оттуда долог, да и в надежности его как убежища были у меня большие сомнения, я отвез Одрис и Эрика в Джернейв, а сам поскакал на юг, избегая дорог… Но даже на бездорожье мы на трех фермах столкнулись с бродячими шайками или… Нет, словами не опишешь то, что мы там видели. Южнее Раби о шотландцах еще не слышали.

— Может, остановятся, наконец, чтобы пережевать то, что не смогли проглотить сразу? — сердито заметил де Лэйси.

— Хочешь сказать, осадят те замки и крепости, которые не поддались им с ходу, и лишь затем рванут на юг? — задумчиво спросил скорее у самого себя, чем у де Лэйси, сэр Вальтер. — Но их защитники скорее сдохнут с голоду, чем откроют ворота, если то, о чем говорит Хью, да и другие тоже, творится повсеместно, — он покачал головой и сказал немного громче. — Нет, не думаю, что они остановятся. Быть может, они осадят Ньюкасл и Дарем, когда сольются обе армии, но основными силами двинутся все же дальше на юг, и, боюсь, чем богаче захватят добычу, тем больше рассвирепеют.