— Они оба были так похожи, Эрик и Маргарет, — начал лорд. — Оба были такие упрямые и отчаянные, как и старик Ральф, бросивший вызов королю и поэтому вынужденный поселиться здесь. Эрик мог убить Маргарет, ослушайся она его. Да что Маргарет, он чуть не убил меня, когда я попытался освободиться от его опеки. Но кто такой этот сэр Кенорн, женившийся на Маргарет?

— Я думал, вы знаете, — сказал Хью. — Вероятно, он был младшим сыном в своей семье и у него не было денег. Поэтому ваш брат возражал против их брака. Но Кенорн необычное имя, и я надеялся, его помнят здесь, хотя прошло уже более двадцати лет. Должно быть, он некоторое время гостил в замке и завоевал любовь и доверие моей матери.

— Не уверен, — ответил Ратссон. — Повторяю, Маргарет была упрямой девушкой. Что если, по какой-то прихоти, она решила скрыть свое чувство к Кенорну и позже, из-за своего упрямства, свыкнувшись с этой мыслью, надумала никогда не посвящать отца в тайны своей души. По поводу возражений Эрика скажу вам прямо: не понимаю, почему Урсула так упорно старалась скрыть все от него. Видите ли, если у Кенорна ничего не было за душой, то Эрику ничего от него и не было нужно.

— Но, возможно, мой дед имел кого-нибудь…

Хью замолчал, увидев что лорд Ратссон затряс головой.

— Он ни в ком и ни в чем не нуждался. У него были сыновья, чьи жены не были бесприданницами. И если ваш отец был так же крепок, как вы, то Эрик не стал бы возражать. Понимаете, в лице вашего отца, благодаря прелестям своей дочери, он приобретал еще одного воина ничего при этом не затратив, что для него было значимо. Возможно, Маргарет неправильно ему все растолковала или он поссорился с Кенорном — а прощать Эрик не умел, — или Кенорн чем-то ему не угодил. Во всяком случае, у меня возражений нет. Я очень, очень рад вашему приезду. Представьте, я считал себя последним представителем нашего рода.

— Последним? — переспросил Хью.

Но Ратссон не ответил ему, снова углубившись в изучение письма, которое все еще держал в руках. Он нахмурился.

— Никак не могу понять, почему Урсула не соглашалась написать об этом союзе. Ей ничего не стоило черкнуть пару строк. И еще. Почему она была настроена против вашего отца и где могла его видеть? Вот если бы дело касалось… Однажды Маргарет упомянула, что пора покончить с нашей давней враждой с сэром Лайонелом Хьюгом, заключив кровный брак, но это было слишком. Даже я не мог согласиться с таким предложением, о чем ей тогда и сказал.

Однако Хью потерял на некоторое время интерес к семье отца. Если лорд Ратссон был последним мужчиной в семье, то все состояние должно было перейти его прямым наследникам, и он, сын племянницы лорда, — наследник!

— Милорд, — проговорил он, волнуясь, — прошу вас, поймите меня правильно и не обижайтесь, если мои вопросы покажутся вам неуместными. Выходит, я — ваш наследник? Но тогда, что стало с моими кузенами — детьми сыновей моего деда? Думаю, они должны быть старше меня или это девочки?

— Из детей никто не выжил. У Эрика было четыре крепких сына и три дочери, но ни одного из внуков сейчас нет в живых, кроме вас.

Говоря это, лорд Ратссон вновь принялся внимательно изучать черты лица Хью. Наконец он вздохнул и покачал головой.

— Вы настоящий великан, — сказал он. — Все мужчины из рода Хьюгов — великаны, но вы не похожи на них. Я никогда не видел этого сэра Лайонела, но у его отца были маленькие глаза, узкие губы и лицо словно пудинг. Не думаю, что вы — потомок Хьюгов.

— Но я…

— Мой наследник? — он горестно засмеялся. — Да, но наследник чего?

— Ратссон — не пустяк, — ответил Хью. — Я не знаю, что здесь произошло…

— Отчаяние и запустение, — вздохнул лорд. — А виноваты в этом мы с Эриком. Он совсем пал духом, когда умер последний из его сыновей. Меня же в качестве владельца Ратссона он видеть не желал и был совершенно прав. Я никогда не интересовался землей. Меня заботили только мои книги и мой сюзерен. Я был на десять лет старше короля Генриха. Мог ли предположить, что он умрет раньше. Я думал, земли перейдут Короне и был рад преподнести сей дар моему господину и другу — его глаза увлажнились, — а сейчас все перейдет Лайонелу Хьюгу! Лайонелу Хьюгу!

— Почему Ратссон должен перейти Лайонелу Хьюгу? — спросил Хью, очень удивившись: — Разве вы не сказали, что я ваш наследник?

— Потому, что сэр Лайонел требует его через суд и…

— В Морпете? — спросил Хью.

Теперь ему стало понятно, почему де Мерли так странно посмотрел на него, когда он попросил рассказать как проехать в Ратссон и пояснил, что едет туда по личному делу.

— Да, это произойдет через две недели, — ответил лорд Ратссон уныло, точно потеряв интерес к затронутой теме.