Однажды юноша проводил испытания своей модели на поле для стрельбы из лука и делал карандашные пометки на желобе, чем вызвал неподдельный интерес Архита.

— Что ты делаешь, дружище?

— С их помощью я смогу узнать, на какое расстояние улетит стрела, — пояснил Зопирион.

— А почему отказался от идеи делать пометки на гликерном колесе лебедки?

— Трос лебедки со временем растягивается, поэтому метка на гликерном колесе будет неточно указывать дальность полета.

— Это твое детище, старик, и у меня и в мыслях нет примазываться к твоей славе. Однако…

— Что однако? Если у тебя есть предложение, мне хотелось бы его выслушать.

— Мне кажется, гораздо удобнее заменить неуклюжее гликерное колесо прямой бронзовой зубчатой рейкой, установленной в желобе. Салазки оттягивают назад. В это время предохранитель-собачка — крик-крак — будет щелкать по зубьям, пока ты не остановишь салазки в положении, соответствующем необходимой дальности полета стрелы. Потом ослабляешь лебедку, и…

— Я понял, понял! При таком решении отпадают все проблемы, связанные с постепенным растяжением троса. Конечно, и другие элементы конструкции тоже со временем претерпевают изменения. Растягивается тетива лука, да и сам лук начинает испытывать усталость после большого количества выстрелов.

— Но ты избавляешься по крайней мере от одной переменной величины. Почему бы тебе не попробовать?

— Я попробую. К тому же, нет необходимости строить новую модель. Зубчатую рейку и предохранитель-собачку я могу установить и на старой.

Пошел третий год девяносто пятой Олимпиады, когда Эфикл был архонтом Афин. [56] Склоны холмов снова обрели коричневый оттенок: их опалило жаркое сицилийское лето. Обжигающие южные ветры поднимали облака пыли, и от этого солнце казалось диском из горной меди, будто сошедшим с потолка пещеры Сафанбаал. Пыль покрывала с ног до головы рабочих Арсенала, будто они специально извалялись в пудре.

— Твой механизм с зубчатой рейкой и собачкой работает превосходно, — рассказывал Зопирион Архиту. — Но пришлось установить пару реек по обе стороны желоба и, соответственно, пару собачек на ползуне. При одиночной рейке в результате несбалансированной отдачи выходит из строя весь механизм.

— Превосходно. А теперь, полагаю, ты ожидаешь, что я буду откручивать яйца Лифодему до тех пор, пока он не выделит тебе плотника для постройки модели в полную величину, не так ли?

После этого начались долгие споры, крики и ругань с Лифодемом, которые так ни к чему и не привели.

— Дорогой Геракл! Ну почему архонт не хочет отправить куда подальше этого непроходимого тупицу с дипломатической миссией? — взмолился Зопирион.

Архит пожал плечами.

— Такова человеческая природа, мой мальчик. В любой организации найдется по крайней мере один такой Лифодем. Если нам удастся от него избавиться, то на его месте может оказаться еще менее подходящий для этой должности человек.

— Хотел бы я на него посмотреть!

— Попридержи язык, а не то боги дадут тебе то, о чем просишь.

Наступил Боэдромион. [57] Зопирион продемонстрировал окончательный вариант катапульты Дионисию. Зопирион в течение года постоянно проводил стрельбища на поле, поэтому мало кто из жителей Сиракуз обращал на них внимание. Однако тиран наблюдал за испытаниями катапульты с неподдельным интересом.

— Выстрел на один плетр… — командовал он. — Превосходно! А теперь выстрел на плетр с половиной…

— У тебя все получилось, Зопирион. Ты можешь сделать для меня пятьдесят таких машин? — По завершении испытаний произнес он.

— Если у меня будут люди и материалы, то, безусловно, смогу.

— У тебя все будет. С этого момента ты переводишься в производственный отряд под управлением Пирра. Не забудь одеть свою лучшую тунику на следующий симпосиум для мастеров, который состоится через три дня. И, наконец, как только появится возможность, я подниму твое жалование.

— Спасибо, господин.

— Да, я хотел сказать еще что-то… Как быстро ты можешь завершить постройку нескольких катапульт?

— «Несколько» — понятие неопределенное, о, архонт. Но за месяц я смогу сделать пять или шесть штук.

Дионисий запустил пальцы в лохматую бороду.

— Для стрельбы из этого оружия необходимы специально обученные солдаты.

— Да, господин! Солдат потребуется обучить, так сказать, в процессе.

— Сколько человек должно быть в расчете катапульты?

Зопирион задумался.

— Судя по испытаниям на поле, их должно быть восемь-десять. При необходимости стрелять и заряжать катапульту можно и вдвоем, однако будет низкая частота выстрелов. К тому же нужны люди для передвижения и поворота катапульты, наведения на цель и способных сменить заряжающих в случае усталости.