Бодвин Вук откинулся на спинку стула.

– В данном случае он сказал тебе неправду.

– Я подозревал это, но Кеди был очень настойчив и я решил не спорить с ним. Я решил воспользоваться этой ситуацией, а не пытаться переломить ее. Как выяснилось, я оказался не прав.

– Все еще может быть не так плохо, как кажется, – сухо сказал Бодвин Вук, – Титусу Помпо придется ответить на некоторые вопросы. Так как ты сумел уйти с полученной информацией, то у Кеди без сомненья нет никаких причин держать язык за зубами. Я уверен, что он попробует облегчить свою участь предложив им полное сотрудничество. Короче говоря, он расскажет им все, что знает. О том, что случится потом, можно только догадываться. Мы не совсем понимаем позицию, которую занимает Титус Помпо. Скорее всего, он успокоится и попробует поторговаться. Но для нас будет самым лучшим действовать немедленно и решительно, и я уже дал ход этому процессу. Мы выступим рано утром. А пока иди домой и отдохни. Возвращайся к утру, мне, возможно, потребуется дополнительная информация.

Уже в дверях Глауен остановился.

– А что в отношении Хранителя?

– Он предпочитает не вдаваться в детали нашей работы. Если его поставить в известность, он может запеть под дудку ЖМСовцев и для проформы наложить запрет на операцию.

– А что вы собираетесь делать?

– Все необходимое. Можешь идти и отдохнуть.

Глауен вернулся в Дом Клаттуков. Отца дома не было: он появился только поздно вечером.

Утром оба поднялись очень рано, быстро позавтракали и отправились в штаб Бюро В, где обнаружили Бодвина Вука уже совещающимся с капитанами Айзелем Лаверти и Рьюном Оффоу. Никаких сообщений из Йипи-Тауна так и не поступало, и Глауен был усажен на диванчик в дальнем темном конце кабинета. В эту ночь он спал очень плохо и теперь глаза у него слипались. Он попробовал встряхнуться и вникнуть в суть разговора.

Говорил Айзель Лаверти, крупный плотный мужчина с серо-голубыми глазами и коротким ежиком седых волос. Его отличительной чертой было завидное упрямство.

– …протест, что наша реакция была слишком бурной, особенно, если пострадают йипи.

– Не обращай на это внимания, – возразил Бодвин Вук, – Ответственным за ситуацию будет все равно он. Мы сначала сделаем дело, а потом уж будем спорить, если это вообще потребуется.. Шард, как дела?

– У нас все готово.

– Тогда можешь начинать. Возможно, мы уже и так слишком затянули.

Шард поднялся, кинул взгляд в сторону Глауена, проходя мимо него, махнул ему рукой и вышел из кабинета.

Бодвин Вук нажал кнопку у себя на столе и сказал в микрофон переговорного устройства:

– Немедленно доставьте мне Намура вне-Клатука. Никаких отговорок. И без всякой задержки.

– Зачем тебе Намур? – поинтересовался Рьюн Оффоу.

Бодвин Вук хлопнул по подлокотникам своего кресла.

– Намур отчаянный сорвиголова в лучших, или худших, традициях Дома Клаттуков. Я доверяю ему пока он у меня на глазах. В моем кабинете он будет у меня на глазах.

Брякнула система связи и раздался голос:

– Звонок из Йипи-Тауна. С вами хочет говорить Титус Помпо.

– Самое Время! Бодвин Вук слушает.

После пятисекундной задержки послышался резкий голос с металлическим оттенком:

– Я – Титус Помпо! Говори!

Бодвин Вук включил экран монитора.

– У меня что-то темный экран. Ты меня видишь? Я – Бодвин Вук. Директор Бюро В. Покажись, чтобы я мог видеть с кем имею дело.

– Мое лицо принадлежит мне. Можешь попробовать удовлетворить свое любопытство каким-нибудь другим способом. Зачем ты мне звонил?

– Ну, прячь свое лицо, раз тебе так хочется; это твое дело. Но вот когда ты протянул свои лапы к моему племяннику, то это уже мое дело. Я хочу говорить с ним незамедлительно, для того, чтобы убедиться, что с ним все в порядке.

– Как выяснилось, твой племянник замешан в краже со взломом. Он будет под арестом, пока мы не предъявим ему обвинения.

– Он не вор, а сержант Бюро В.

– Зачем же тогда он украл плащ у Арлеса Клаттука?

– Я выясню все эти обстоятельства у самого Кеди. Если обвинение подтвердиться, то он будет наказан в соответствии с нашими законами. Вы не при каких обстоятельства не имеете права задерживать офицера Бюро В и члена ИПКЦ. Приведи его, чтобы он мог поговорить со мной.

– Его поведение очень подозрительно, возможно обвинение и в шпионаже. Мы сами проведем расследование и будем действовать в соответствии с его результатами.

– Титус Помпо, я предупреждаю тебя первый и последний раз. Ты начал нести какую-то околесицу. Весь Кадвол находится под юрисдикцией Бюро В. Мы можем свободно прибыть куда угодно и обыскать любой клочок этого мира по нашему усмотрению.

Со стороны Титуса Помпо раздался странный мелодичный смех, в котором чуткое ухо могло услышать легкую дрожь.