– Вы хотите сказать, что я буду снова работать с Кеди?

– Ответственная работа необходима для выздоровления Кеди. Он должен спустить свой ум с облаков и окунуть его в реальность, – Бодвин Вук нагнулся к переговорному устройству, – Кеди здесь?

В кабинет вошел юный Вук. Он заметил Глауена и в тот же миг его глаза казалось стали круглыми и стеклянными.

– Ну вот, вы оба тут. Опять вместе! – несколько льстиво воскликнул Бодвин Вук, – После несчастья в Йипи-Тауне Кеди был несколько не у дел, но теперь он снова здоров как бык. Что ему теперь нужно – так это трудная работа, на которой он бы смог оттачивать свои таланты, полученные по наследству от Вуков. Это расследование не только необходимое Кеди лекарство, но и та возможность вылечить его, пренебрегать которой мы не имеем права! Особенно, если учесть, что вы и раньше работали вместе.

Кеди улыбнулся: медленное, холодное движение губ.

– Работали.

– Возможно именно по этой причине Кеди будет неловко чувствовать себя, находясь у меня в подчинении, – взволнованно предположил Глауен, – Может быть лучше…

– Ерунда! – заявил Бодвин Вук, – Вы прекрасно знаете слабости и достоинства друг друга, поэтому сможете работать в полной гармонии.

– Я тоже считаю это великолепной возможностью, – важно кивнул Кеди.

– Значит – договорились, – обрадовался Бодвин Вук, затем он снова наклонился к переговорнику, – Хильда, будь добра!

В кабинет вошла Хильда.

– Подготовь пожалуйста для Глауена и Кеди проездные документы, – сказал Хильде Бодвин Вук, – Я сделал обоих сержантами, так что учти это, пожалуйста.

– Подождите! – воскликнул Глауен, – Раз уж я буду действовать во внешнем мире, то мне надо иметь более солидные документы, хотя бы только на эту поездку. Думаю, мне надо дать звание капитана.

Хильда фыркнула и бросила в сторону Глауена косой взгляд.

– А как насчет Кеди? Он так и будет всего лишь сержантом? Ему, возможно, тоже придется иметь дело с полицией.

Бодвин Вук сделал широкий жест.

– Пусть будет так! Оба на время этой поездки будут капитанами полиции Кадвола! Наверно самыми молодыми капитанами за всю историю Бюро В!

– У Глауена даже нет полного статуса агентства, – опять заметила Хильда, – и, судя по тому как идут дела на станции, он его никогда и не получит. Не слишком ли экстравагантно назначать его капитаном?

– Вовсе нет, – возразил Бодвин Вук, – С какой стороны на это не смотри, но никто не запрещает внештатнику получить тот чин, которого он заслуживает.

Хильда снова фыркнула.

– Говорят, что есть лекарство, под названием унижение, которое лечит сразу от трех болезней: гордости, важности и наследственности Клаттуков.

– Ага! – воскликнул Бодвин Вук, – Эти мудрые народные шуточки очень часто прячут в себе самородки чистой правды!… Что ты на это скажешь, Глауен?

– Я знаю другую шуточку с народной мудростью. Кое-что хорошо только тогда, когда не слышно.

– Корова, которую никогда не кормят, если и дает молоко, то только кислое, – монотонно сказал Кеди.

Бодвин Вук потер подбородок.

– Изящно, но неуместно. Хильда, ты что уходишь?

– Меня ждет работа.

– Позвони в бюро путешествий и узнай когда отправляется ближайший рейс на Соумджиану на Соуме.

– Я могу сказать это хоть сейчас, – заметил Глауен, – «Стрела» отправляется завтра в полдень.

– Очень хорошо. Капитан Клаттук и капитан Вук немедленно отправляйтесь в бюро путешествий и закажите себе билеты, а потом идите собирать вещи. Завтра утром явитесь сюда за документами, деньгами и последними наставлениями.

Кеди и Глауен вышли из кабинета. В полном молчании они спустились по лестнице. На первом этаже Глауен сказал:

– Давай посидим в ротонде.

– Зачем?

– Мне надо тебе кое-что сказать.

Кеди повернулся и проследовал за Глауеном к скамейке около центрального фонтана. Глауен уселся на скамейку и жестом предложил Кеди сесть рядом.

– Я постою, – холодно отказался Кеди, – Что тебе от меня надо?

– Мы должны раз и навсегда решить все разногласия, которые лежат между нами, – сказал Глауен как можно спокойней, – Дальше тянуть нельзя.

– Правда? – хмыкнул Кеди, – Так это ты заказываешь музыку, под которую я должен танцевать?

– Я хочу быть уверенным, что наше задание пройдет гладко. А при нынешних условиях это невозможно.

– Справедливое замечание. И о чем же мы будем договариваться?

– О твоей враждебности. Она ни на чем не основана, не справедлива и вредна.

Кеди озадачено нахмурился.

– Ты говоришь необдуманно. В конце концов, это мои чувства, а не твои. Откуда тебе знать на чем он основаны?