– Так, а теперь деньги, – сказал он.

Она протянула ему пакет.

– Пересчитай. Здесь тысяча солов. Это огромнейшие деньги. Будь аккуратен: больше ничего не получишь.

Глауен пересчитал деньги и убрал их вместе с документами во внутренний карман куртки. Хильда следила за ним с холодным интересом.

– Если ты будешь носить деньги в этом кармане, то у тебя их тут же украдут. Разве у тебя нет кармана на внутренней стороне штанины. Деньги носят только там.

– У меня есть и там карман. Я им воспользуюсь потом, – ответил Глауен, – Я боюсь, что если буду снимать перед вами брюки, то это может вас шокировать.

– Фи! – презрительно усмехнулась она, – Какая разница, что я при этом подумаю, – она кивнула в сторону двери в кабинет, – Пройди. Директор ждет тебя.

Глауен вошел в кабинет и обнаружил Бодвина Вука стоящим у окна.

– Глауен прибыл, сэр.

Бодвин Вук отвернулся от окна и не торопясь подошел к столу. Он уселся и, казалось, только тогда заметил присутствие Глауена.

– Ну, ты готов к поездке?

Глауен внимательно посмотрел на директора: ему показалось или Бодвин Вук действительно ведет себя как-то скованно?

– Никак нет, – твердо ответил Глауен, – Я к поездке не готов. Я могу только снова заявить, что Кеди не способен к полноценной работе. Я только что встретил его в форме, которая объявит всей Сфере Гаеана о том, что он агент Бюро В. А что еще хуже, так это то, что он отчитал меня за то, что я не в форме.

– Да, да. Бедняга Кеди немного рассеян. Но я рассчитываю на твой здравый смысл, который и должен восстановить правильный баланс. Ты получил документы? Деньги? А защитные таблетки?

– Я купил набор в аптеке.

– Выброси гадость под названием Эрайтрист; бесполезная вещь, особенно против соумианской чесотки. Тебе дадут специальные таблетки прямо в космопорте в Соуме, их выдают, когда проходишь через терминал. И так, значит ты готов.

Глауена начало охватывать отчаяние.

– Сэр, я не могу работать с Кеди.

– Брось, Глауен. Мы должны смотреть вперед. Это расследование не только поможет Кеди, но и расширит твои собственные возможности.

– Тогда в чем заключается моя задача? Расследовать дело острова Турбен или лечить Кеди?

В голосе у Бодвина Вука появились стальные нотки.

– Прекрати, Глауен. Твои переживания становятся утомительными. Ты хочешь сказать, что твой последний вопрос требует ответа?

– Мне очень не хочется раздражать вас, сэр, но скорее всего без этого не обойтись. У Кеди есть деньги?

– Ему выдали соответствующую сумму.

– Какую точно?

– Две тысячи солов, если уж это тебя так интересует. Это, конечно, очень большие деньги, но вам, возможно, придется кое-кого подкупить.

– Но мне была выдана только тысяча солов.

– Этого должно быть достаточно.

– Вы абсолютно точно решили, что ответственным за операцию буду я?

– Ну… это и так подразумевается.

Глауен набрал в легкие воздух.

– Будьте добры, напишите точно все мои полномочия, отметив при этом, что Кеди должен выполнять все мои распоряжения.

– В таких случаях мы должны руководствоваться практическими соображениями – Бодвин Вук пренебрежительно махнул рукой. – Я не заострял внимания на старшинстве в вашей команде. Как ты понимаешь, я хочу поддержать у Кеди уверенность в себе любыми способами. На самом деле, я, возможно, и намекнул ему, что ответственным за эту операцию является он.

Глауен бросил на стол документы и деньги.

– В таком случае, мое присутствие только принесет вред делу. Усилия, которые Кеди предпримет, чтобы убить меня, и усилия, которые предприму я, чтобы остаться в живых, пойдут во вред нашему заданию. С чувством глубокого облегчения я отказываюсь от участия в этой операции.

В глазах у Бодвина Вука сверкнул гнев.

– Ты что-то слишком громко запел. Притихни!

– Я сделаю лучше, пойду петь куда-нибудь в другое место. Желаю удачного дня, – Глауен поклонился и решительным шагом направился к двери.

За его спиной прозвучал угрюмый голос Бодвина Вука:

– Вернись! Ты что, шуток не понимаешь? У тебя как у Хильды никакого чувства юмора. Получишь ты свою бумагу.

– Я хочу больше. Я хочу, чтобы вы четко заявили Кеди о моих полномочиях и понизили его до сержанта.

– Это невозможно! Я уже подписал назначение!

– Скажите, что вы допустили ошибку. Более того, две тысячи солов передайте на хранение мне. Я буду давать ему по сто солов на карманные расходы. И еще, прикажите ему сменить форму, на какую-нибудь менее приметную одежду.