Плок рассмеялся закинув голову.

– У нас есть определенные трудности. Верхние слои думают только о себе. Примерно год назад некий Рис Ангкер организовал «гражданское наблюдение» чтобы следить за казнокрадством в полиции. В одну прекрасную ночь он исчез и его никто больше так и не видел. Мы предложили провести расследование, но полиция Фексельбурга от нашей помощи отказалась. Когда мы начали настаивать, нам предложили за ненадобностью закрыть нашу штаб-квартиру. Мы согласились и подготовились к переезду. Но случилось небольшое побочное явление: наш бизнес, защита межзвездной торговли, без нашего здесь представительства становился бессмысленным. По этой причине после нашего отъезда ни один корабль в космопорте Фексельбурга больше не приземлится и его с чистой совестью можно будет закрывать. А мы уже упаковались. Ах! Какие приятные тогда раздались вопли! Нас начали уверять в том, что просто произошла небольшая ошибочка, на самом деле нас и любят и мы очень здесь нужны! Нам продали это здание, оценив его, в половину той суммы, которую мы раньше платили за аренду, а драли они с нас три шкуры. В добавок к этому нас освободили от всех налогов. Так что все очень хорошо сработало.

– На этом все и кончилось?

– Не совсем. Мы заставили уйти в отставку начальника полиции и двух его помощников, которые были виновны в исчезновении Риса Ангкера. Престо! Все сделано! Они публично отказались от своих титулов, но продолжали заниматься тем же самым. В один прекрасный день некто, не надо спрашивать меня об его имени, отвез этих трех джентльменов в страну Вармуз и высадил их по середине Затерянной степи, как раз на другой стороне планеты. Каждому был выдан носовой платок, бутылочка с жидкостью, чтобы промочить рот и смена белья, после чего они были отпущены на все четыре стороны. Несомненно, они уже сделали себе интересную новую карьеру. И теперь в результате этого полиция Фексельбурга стала неподкупной честной? Не думаю. Они продолжают творить что хотят, но теперь делают это деликатнее, с оглядкой, так как знают, что за ними наблюдают.

– Ну что ж, похоже, нам все таки придется попытать счастья в стране Лативлер, – сказал Глауен, – Как лучше туда добраться?

– Если вы наймете автомобиль, то водитель будет гнать как сумасшедший и всю дорогу будет наигрывать мелодии. А вот омнибусы делают три рейса в день во всех направлениях. Вы можете выехать утром, провести свое расследование, которое, как я подозреваю, будет безуспешным, а к вечеру вернуться сюда. Посадка как раз на площади напротив туристического агентства AD&A. Будет лучше, если вы купите билеты заблаговременно, омнибусы обычно переполнены.

Глауен и Кеди встали.

– И на последок самое важно, – сказал Плок, – ИПКЦ, в отличие от полиции Фекскельбурга, выезжает куда угодно, особенно если требуется помощь ее собственным работникам. Я предлагаю вам выработать своеобразную страховочную систему, когда один из вас остается все время рядом с телефоном. В таком случае, если что-то случится, сообщите нам и мы предпримем все, что в наших силах.

– А в стране Лативлер есть телефоны?

– Хм, – сказал Плок, – Не много. На Разбитом Перекрестке, это как раз половина пути, и в самой Поганской точке. А в промежутке ничего нет.

– Что-нибудь придумаем, – сказал Глауен, – Спасибо за советы.

Глауен и Кеди начали кружить по площади в тщетных поисках туристического агентства AD&A. Наконец, они решили спросить у одного из прохожих. Тот удивленно посмотрел на них и махнул большим пальцем себе за спину.

– Да вот же оно. Вы стоите как раз напротив него.

– О! Извините нашу глупость!

Глауен принялся разглядывать вывеску, которая рекламировала прелести Чужих танцев.

Кеди стоял уставившись куда-то вдоль тротуара.

– Этот человек разговаривал с нами оскорбительным тоном. Я хочу поговорить с ним и, может быть, пару раз пихнуть в живот.

– Не сегодня, – резко отозвался Глауен, – У нас нет времени.

– Не бойся, это много времени не займет.

– Он уже думает о другом и не поймет за что ты его наказываешь. Пошли, взглянем на AD&A, как они его зовут.

Они прошли через дверь искусно сделанную из концентрических лент из фиолетового и темно-зеленого стекла, со звездой, образованной из алых и синевато-зеленых лепестков, и оказались в большом зале ожидания. Стены украшали красочные плакаты; прямо перед ними была стойка и окошечко с надписью: «Билеты».

На висящем рядом плакате был изображен лоснящийся омнибус, остановившейся по середине прекрасной сельской местности. Омнибус казался почти пустым, из него высовывалась улыбающаяся пара, разговаривающая с очаровательными детишками, которые стояли рядом с омнибусом. Маленькая девочка предлагала букет полевых цветов леди-туристке, а мальчонка возбужденно указывал на колону багрового ила на другом конце поля. Надпись гласила:

Посмотрите на чудеса Тассадеро из омнибуса!

Безопасно! Удобно! Доступно!

Билеты продаются здесь.

Окошечко было закрыто. Глауен подошел к стойке. Молодая женщина стучала по клавишам арифмометра и не обращала на него никакого внимания.

– Не продадите ли мне билеты на омнибус? – очень вежливо спросил Глауен.

Девушка взглянула в его сторону бегло осмотрев его одежды с ног до головы.

– В окошечке, сэр. Вы что не можете прочитать вывеску?

– Окошечко закрыто.

– Знаю. Я сама его закрыла.

– Вы его сами и откроете?