— О боже! — простонал Джек.

— Извините, я должна была сразу же позвонить вам.

— Все в порядке. Я все равно ничего не смог бы исправить.

И все-таки Джек знал, что ему следует делать. Он, не мешкая, поехал к ней домой. Постучал в дверь. Ожидая ее ответа, он весь извелся от волнения. Ему казалось, что Элли уже уехала из страны, чтобы открыть свой ресторан где-нибудь далеко, например в Африке. Что же такого наговорил ей отец? Как бы только это узнать, чтобы заранее подготовиться?

Наконец Элли подошла к двери, и он вздохнул с облегчением. Она никуда не уехала! И все-таки… Элли была бледна и спокойна, и это испугало его и встревожило более всего. Лучше бы она кричала и обвиняла, но ведь это не в ее характере. В квартире не было запахов пищи и не чувствовалось тепла. Вот тебе и ужин, подумал Джек. Значит, приглашение отменяется. Атмосфера в ее квартире соответствовала выражению ее лица.

— Вы солгали мне, — с порога заявила девушка, едва шевеля губами. — Ведь на самом-то деле ваш проект провалился.

— Да, но это же не важно. Вашей вины тут нет.

— Я виновата, что пошла с вами в цирк в тот вечер. Ведь именно это послужило причиной, не так ли? Из-за вашей бесшабашности вам и отказали все инвесторы.

— Этого я не знаю. И никогда не узнаю. Все уже закончилось, и нечего об этом говорить. Жизнь продолжается. В любом случае, это же я надумал пойти в цирк. А теперь я предлагаю вам деньги из собственного кармана, как и обещал.

— Но вы обещали деньги лишь в том случае, если ваш проект будет успешным. А получилось как раз наоборот. Теперь моя очередь отклонить ваше предложение. Я знала, на что шла. А от благотворительности я отказываюсь.

— Зачем вам отказываться? Ведь ресторан — это именно то, о чем вы мечтали!

— Я не хочу начинать со лжи. Что за деловые отношения будут у нас, если в их основе — ложь? Не объясняйте, не надо. Не хочу знать о том, как обычно ведутся дела в бизнесе. Я уже достаточно наслушалась вашего отца.

— Что он вам рассказал?

— Ничего нового. За исключением, конечно, правды о несостоявшемся проекте. Он сказал, что вы — весь в отца, трудоголик и что женщина, выбравшая вас, будет несчастна всю жизнь.

Джек горько рассмеялся.

— И что вы ему ответили?

— Я заверила его, что в этом смысле он может не волноваться. Наши отношения были и останутся сугубо деловыми.

— Значит, вы сказали ему, что я вас интересую лишь в качестве потенциального инвестора?

— Нет, не так. Вы меня больше не интересуете ни в каком качестве, — сердито сказала Элли, и ее щеки вспыхнули ярким румянцем.

— Не понимаю, почему вы не хотите взять у меня деньги. Что вы теряете?

— Я перестану уважать себя.

— Вы считаете, что потеряете уважение к себе, если возьмете у меня деньги на открытие ресторана? — искренне удивился он. — Это те же самые деньги, что я обещал раньше. В чем же разница?

Знал он, прекрасно знал, в чем эта разница. Надо было ему с самого начала рассказать ей всю правду! Но ведь результат был бы таким же. Ох, если бы не отец…

— Разница большая, и вы это знаете не хуже меня. Вы же сами говорили мне, что никогда не вкладываете деньги в рестораны. Вы сказали, что мой бизнес обречен.

— Это было до того, как я узнал вас. До того, как узнал о вашем профессионализме и вашей решительности.

— Да, в решительности мне не откажешь. Так вот, я решила, что не позволю вам тратить свои деньги на заведомо проигрышное предприятие. А теперь, извините меня… — Элли со значением посмотрела на его ногу, — которой он придерживал дверь. — Я не хочу больше об этом говорить.

— И вы не хотите пригласить меня войти? — Если бы она только дала ему возможность объяснить ей, что он чувствует к ней! Но упрямо вздернутый подбородок девушки не сулил ничего хорошего.

Но когда же им объясниться? Завтра? Через день? Когда он разберется в своих чувствах и решит, что делать дальше? Он знал только одно: ему нельзя отступать. Слишком много оставалось неясного между ними.

— Ну, хорошо, — сказал Джек как можно более спокойным тоном, стараясь усмирить бушевавшую внутри бурю чувств. — Мы поговорим об этом потом.

Элли промолчала. Вот и хорошо. Он не хотел услышать от нее окончательный отказ. Он не хотел, чтобы она изгнала его из своей жизни, прежде чем он окончательно разберется в собственных чувствах.