– Это дело профессиональной этики – выписать чек адвокату, а не клиенту.

– В таком случае что защитит мои права?

– Отказ, подписанный клиентом, – ответил Мисгарт, благодарно улыбаясь мне. – У вас будет подписанный клиентом документ, вполне достаточный по форме, который оградит вас от любого рода притязаний от сотворения мира и до настоящего момента.

– От сотворения мира? – удивилась Берта.

Лысина Мисгарта отразила яркий свет, когда он наклонил голову в знак согласия:

– Юридическая формулировка, миссис Кул, мера предосторожности.

– Вы так добры, – не удержалась от сарказма Берта. – Пятьдесят тысяч лет было бы вполне достаточно.

– «От сотворения мира» – это просто юридическая формулировка, миссис Кул. Очевидно, мистер Лэм знаком с этой процедурой, и мне кажется, он мог бы убедить вас в том, что это обычная форма, и для вас будет только лучше, если вы будете находиться под ее защитой.

– О боже, – сказала Берта с отвращением, – я что, должна вписать все это в чек?

– Элси может напечатать, – вмешался я. – Дай мне чек, и я попрошу ее его заполнить.

– Я не дам чека, пока не получу документов.

Мисгарт опять кашлянул.

Я пояснил:

– Банк расположен на первом этаже нашего здания. Время его работы уже кончилось, но мы можем войти через заднюю дверь, и они выдадут наличными по чеку, выданному по такому соглашению. Вы с Глимсоном можете спуститься в банк вместе со мной. Как только кассир передаст деньги через окошечко, вы и Глимсон передадите мне прямо в руки подписанные документы.

Мисгарт энергично затряс головой:

– Мы с вами деловые люди, мистер Лэм. Это просто прекрасно.

Выдернув ящик стола, Берта вынула из него чековую книжку, оторвала чек и сунула мне в руку.

– Дональд, – сказала она, – если ты меня любишь, забери этих чертовых адвокатов из моего кабинета.

Повернувшись, Мисгарт начал говорить что-то примирительное, но я взял его под руку и осторожно вывел из кабинета. Элси Бранд пришлось напечатать на чеке весь текст очень убористо, но она с этим справилась.

– Подождите здесь, я пойду подпишу у нее чек, потом спустимся вместе вниз, – сказал я Мисгарту. – Кроме того, есть кое-что еще, что мы хотим получить, заключая соглашение.

– Что же еще?

– Эстер Уитсон потрудилась записать имена и номера машин свидетелей во время этого происшествия, и мне кажется, что мистер Лидфилд провел свое небольшое расследование. Мой партнер отнесся к этому с подозрением. Она хочет иметь все данные, которые есть у обеих сторон, имена свидетелей и номера их машин.

– Да, конечно, – ответил Мисгарт, согласно кивая. – Я могу ее понять. Она смешивает мое профессиональное отношение к делу и личное отношение. Она получит эту информацию, Лэм. Мы ничего от нее не скроем. Действительно ничего!

Взяв чек, я положил его на стол Берте. Она подозрительно посмотрела на меня и сказала:

– Когда все эти проклятые адвокаты начинают тут темнить и самодовольно улыбаться друг другу, ты, черт тебя возьми, присоединяешься к их мнению и так же темнишь и ухмыляешься, как все они. Не знаю, в чем тут дело. Наверное, это твое юридическое образование.

Схватив ручку, она поставила свою подпись с такой силой, что едва не порвала бумагу. Я вышел, бесшумно прикрыв за собой дверь.

Около лифта стояла небольшая группа людей. Ко мне подошел Лидфилд и неуверенно протянул руку:

– До сих пор у меня не было случая познакомиться с вами, мистер Лэм. Я рад, что мы утрясли это дело. Довольно противный случай…

– Надеюсь, что ваша жена поправится, – сказал я.

На его лице появилось выражение невыразимой печали.

– Я тоже надеюсь. Бедная девочка!

Все вместе мы спустились в банк, и тут я заявил:

– Одну минутку, господа. Если вы помните, мы договорились, что, прежде чем вам будут переданы деньги, вы должны передать мне полный список свидетелей.

– Мисс Уитсон, – обратился к ней Мисгарт, – такова была наша договоренность. Надеюсь, ваша записная книжка у вас с собой?

Вытащив из кармана свой блокнот, Эстер Уитсон сказала:

– Вы можете переписать его или…

– Лучше дайте мне странички из вашей книжки – они ведь легко вынимаются.