Они всегда будут вместе.
– Я бы хотела… - начала Маргарита.

«Но это не очень-то красиво!» - сообразила она и дернула себя за обесцвеченную прядь. Некрасиво заставлять кого-то быть твоим другом. Однако если она не задумает такое желание, если она попросит что-то другое, Арнольд просто исчезнет и станет желанием кого-то другого. Ох, ну почему все так запутано! Наверно, надо просто пожелать очутиться на Луне, и тогда со всеми проблемами будет покончено! Она будет лежать себе на Луне, смотреть сверху на далекую Землю и потихоньку задыхаться - там же нет кислорода. Тем все и кончится…

Маргарита ощутила в голове знакомое уже покалывание, сказавшее ей, что Арнольд снова собирается ее покинуть.

–  Подожди, - попросила Маргарита.
– Я еще не загадала желание.

Покалывание в голове утихло.

–  А ты, значит, наконец решила? – спросил Арнольд.

Ничего она еще не решила, но, когда он задал ей этот вопрос, Маргарита поняла, что может загадать только одно справедливое желание.

–  Я хочу, чтобы ты был свободен, - проговорила она.

И сразу шевеление у нее в голове перешло в трепыхание.

–  Чего ты хочешь? – переспросил он взволнованно.

–  Хочу, чтобы ты был свободен, - повторила Маргарита.
– Я же имею право загадать такое желание, верно?

–  Да, но… разве тебе не хочется лучше самой получить что-нибудь? Ну, что-то для себя?

–  А это и есть для меня!
– засмеялась Маргарита.
– Самое лучшее, что я могу пожелать, это чтобы ты был свободен! Ты же мой друг, и я не хочу, чтобы ты вечно был на привязи.
– Она на секунду замолчала.
– Или по каким-то правилам это запрещается?

–  Что ты, таких правил нет, – тихо сказал Арнольд. Его шелестящий голосок захлебывался от возбуждения.
– Нет правил, запрещающих такие желания.

–  Ну, тогда выполняй то, о чем я прошу, - сказала Маргарита.

Она почувствовала, как у нее в голове вдруг поднялся маленький смерч, он крутился и крутился, в нем слышался голос Арнольда, запах осенних листьев и, как в калейдоскопе, мелькали пляшущие огни.

–  Свободен! – раздался вдруг возглас Арнольда из самой середины этого смерча.
– Свободен! Свободен! Свободен!

В руку Маргариты что-то опустилось, и она увидела, что на ладони у нее снова лежит медное яйцо. Оно было открыто, и из него выглядывал выцветший бархат. Как только могла такая маленькая скорлупка вмещать столько счастья? Трепеща крохотными крылышками и крутясь так же, как крутился голос Арнольда в голове у Маргариты, из яйца выбиралась глиняная фигурка вороны.

Пальцы Маргариты крепко сжимали медную скорлупку, а Арнольд, превратившись в вихрь черных перьев, стал расти - сперва вырос вдвое, потом втрое. Его голос, как перезвон колокольчиков, звучал в ушах Маргариты. Потом с ликующим карканьем Арнольд взмахнул крыльями, вылетел в окно и был таков.

Маргарита сидела неподвижно, глядя в окно, и держала в руках опустевшее яйцо. Ее губы растянулись в широкой улыбке. Она ясно чувствовала, что поступила правильно, и ее саму переполняло ощущение счастья, словно это она до сих пор томилась в медном яйце под спудом однообразных желаний, как будто ее выпустил на свободу Арнольд.

Наконец она все же поднялась и сняла с подушки оброненное Арнольдом черное блестящее перышко. Маргарита завернула его в выцветший бархат, положила в медное яйцо, а яйцо снова завинтила.

В сентябре в соседнем коттедже поселилась семья с мальчиком одних лет с Маргаритой. Его звали Арнольд. Маргарита очень этому обрадовалась, и, к удивлению родителей, они с Арнольдом сразу стали закадычными друзьями. Как-то зимой Маргарита показала приятелю медное яйцо и ничуть не удивилась, что перо, которое она все еще в нем прятала, оказалось точь-в-точь такое же черное, как волосы ее нового друга.

Арнольд погладил пальцем перо, улыбнулся ей и сказал:

–  Когда-то у меня было одно желание…

Действие следующего рассказа разворачивается в той же части штата Онтарио, что и в истории про Арнольда, только немного южнее. Как и в предыдущем рассказе, никого из героев в действительности не существовало, но ферма, куда приезжает в гости Лиз, - есть. На этой ферме моя невестка Джейн прожила много лет. Там есть и старый сарай на холме, в котором Лиз обнаруживает, что не только люди умеют музицировать.

Когда я перечитывал этот рассказ, готовя его для публикации в данном сборнике, я сообразил, что, пожалуй, именно здесь я впервые вывел людей-животных, которые впоследствии появляются во многих моих книгах, таких, например, как «Trader», «Someplace to Be Flying» («Покинутые небеса»), «Forests of the Heart».