— Думаю, нам всем досталось, — мрачно кивнул Патрик. — Я зайду завтра — навестить Тоби.

В его словах был намек на то, что он хотел продолжить разговор. Что ж, Элли все равно требовалось некоторое время, чтобы немного привести мысли в порядок. Правда, она вовсе не была уверена, что двенадцати часов для этого хватит.

— Конечно, — согласилась Элли. — А сейчас уже в самом деле поздно…

— Нам пора, Тереза, — спокойно произнес Патрик и быстро добавил, видя, что та собирается возразить:

— Я уверен, Элли позвонит, если мы ей понадобимся.

Учитывая, что единственным известным ей телефонным номером Патрика был его рабочий телефон, позвонить в действительности она бы не смогла. Впрочем, Тоби должен знать номер мобильного телефона своего шефа.

— Я обязательно позвоню, если что, — заверила Элли Терезу, когда та взглянула на нее с отчаянием.

Тесе поднялась, высокая и стройная. Ее лицо по-прежнему было печально.

— Мне очень жаль, что мы познакомились при таких обстоятельствах, — сказала она.

Да, было бы гораздо лучше, если бы они обе встретились раньше.

— Не думаю, что Тоби долго пробудет в таком состоянии. Возможно, он как-нибудь вечером привезет вас к нам пообедать, — постаралась она утешить Терезу.

— Мы могли бы пообедать все вчетвером в эти выходные, — предложил Патрик.

Элли холодно взглянула на него.

— Спешить ни к чему. И потом, — продолжила она, видя, что Патрик собирается с ней спорить, сомневаюсь, что Тоби будет в состоянии съесть хоть что-нибудь в течение ближайших нескольких дней.

Это был веский аргумент, на который Патрику будет сложно ответить. И слава богу! Ей не хотелось связывать себя лишними обязательствами, не хотелось назначать с ним встречу в какое-то определенное время. Это произойдет не раньше, чем она получит ответы на несколько беспокоящих ее вопросов. Ответы, которые ей в состоянии дать только ее брат.

— Я позвоню вам утром, если можно, — уже в дверях сказала Тереза Макграт.

— Конечно, — согласилась Элли. — Бр-р-р, как холодно!

Она задрожала от ледяного пронизывающего ветра, подувшего на нее с улицы через приоткрытую дверь.

— Да, кажется, немного подмораживает, — пробормотал Патрик.

Элли пристально взглянула на него, заподозрив в его словах тайный смысл. Иронично приподнятые темные брови подсказали ей, что она не ошиблась.

— Ожидается снегопад, — твердо проговорила она.

— К счастью, снег никогда не бывает обильным в наших местах, — сказал он в том же тоне.

Элли пожала плечами.

— Говорят, на этот раз надвигается долгосрочный холодный фронт.

Это была некая игра, в которой участвовали только двое. И только таким образом они могли выразить свои чувства. Холодный фронт — именно то, что лежало между ними.

— Лед и снег рано или поздно тают, — возразил он.

— Рано или поздно, — спокойно повторила Элли.

— Патрик, ты можешь поболтать о погоде в другой раз, — поторопила брата Тереза, очевидно не уловившая двусмысленного характера слов в этом разговоре. — Нам в самом деле пора, и дай Элли наконец вернуться в дом, сейчас слишком холодно.

Элли подумала, что они с Патриком в этот момент похожи на парочку тайных агентов из второсортного фильма, разговаривающих только на им одним понятном языке.

— Да, идем! — Патрик порывисто кивнул, потом вдруг повернулся и легко поцеловал Элли в губы. — Но я вернусь утром.

В этих словах ей послышалась настоящая угроза, и это не на шутку разозлило ее. Элли решила, что если Тоби будет лучше к утру, то Патрик, приехав сюда, не застанет ее дома.

Да, она уедет на работу, но не раньше, чем поговорит с Тоби!

— Я и понятия не имею, о чем ты толкуешь, сестрица! — покачал головой Тоби.

Все еще бледный, он сидел в постели, откинувшись на подушки. Ночь прошла спокойно, тошнота, казалось, полностью прекратилась, но сильная головная боль не утихала.

«Не ты один», — подумала Элли. Глубоко вздохнув, они присела на край кровати.

— Ладно, давай начнем с того, почему ты не сказал мне, что Тесе, с которой ты встречаешься последние несколько недель, — на самом деле Тереза Макграт, младшая сестра Патрика.

— Я…

— Только не говори, что думал, будто это не так важно, — посоветовала ему Элли и с возмущением воскликнула:

— Ты отлично знаешь, как это важно! И не прикидывайся наивным!

— Разве можно так придираться к больному человеку! — Тоби снова лег и закрыл глаза. Он все-таки рискнул немного подкрепиться, выпив чашку некрепкого чая и съев сухарик.