— Где тебя носило? — недовольно спросил Дагнарус.

— Говорил с вашим братом, — ответил Гарет.

Дагнарус грубо схватил его за руку, подтащил к свету и пристальным зловещим взглядом впился ему в лицо.

— Не беспокойтесь, — бесцветным голосом ответил Гарет. — Я ему ничего не сказал. Он беспокоится за вас, только и всего. Его волнует то, что может случиться с вами.

— Лучше бы побеспокоился о себе, — огрызнулся Дагнарус, выпуская руку Гарета и подталкивая его к выходу. — Час уже близок. Идем.

Улицы в верхней части города, где жили иностранные послы, были пустынны. В домах не светилось ни огонька. Большинство послов отправились на празднество в честь Дагнаруса и, наверное, сейчас недоумевали, куда подевался виновник торжества. Ничего, Сильвит их успокоит и вполне правдоподобно все объяснит, сказав, что его высочество решил пораньше лечь спать, дабы утром проснуться свежим и полным сил.

Гарет с принцем миновали изящные особняки, свернули к конюшням и дошли до самого конца переулка. Там стоял трактир, куда часто наведывались посольские конюхи и слуги. Трактир был битком набит; все знали, что хозяева вернутся еще не скоро. Завсегдатаи заведения привыкли, как говорится, смотреть на все вполглаза и не лезть в чужие дела. Дагнарус вопросительно поглядел на трактирщика за стойкой. Тот кивнул и быстрым движением головы указал наверх. Гарет и принц, лица которых были полностью скрыты капюшонами, поднялись по лестнице на второй этаж.

Перед запертой дверью двое караульных солдат коротали время, играя в кости. Увидев принца, солдаты мгновенно встали.

— Все в порядке? — спросил Дагнарус.

— В полном порядке, — ответил один из солдат, а другой, сняв с пояса массивный ключ, отпер дверь.

Окон каморка не имела. Единственным входом и выходом из нее служила дверь. Внутреннее убранство состояло из кровати, стола и двух стульев. На одном из них сидел Шакур. Он спал, навалившись грудью на стол. Рядом стоял кувшин с вином. Пальцы Шакура все еще сжимали недопитую кружку. На постели громко храпела грязная и нечесаная полуголая женщина.

Гарет подошел к столу и потряс Шакура за плечо. Пальцы, сжимавшие кружку, разжались. Но головы Шакур так и не поднял.

— Как нам быть, ваше высочество? — спросил встревоженный Гарет. — Он ведь должен находиться в сознании! Он должен понимать, что говорит!

— Не волнуйся, поймет, — ответил Дагнарус. — Действие снотворного зелья скоро прекратится. Во всяком случае, скорее, чем бы ему хотелось. Я подумал, что так будет легче тащить его по улице. Хотя бы не будет скулить и дергаться.

— Согласен. — Гарет недоверчиво поглядел на узника. — Если вы уверены, что снотворное перестанет действовать...

— Уверен.

Дагнарус повернулся к солдатам и вынул кошелек.

— Вот ваша плата.

Солдаты покачали головами.

— Наш долг — служить вам, ваше высочество.

— Молодцы, — улыбнулся довольный Дагнарус. — Благодарю за службу. Вы свободны.

Солдаты отдали воинское приветствие, однако уходить не торопились.

— Может, вашему величеству все же потребуется наша помощь? Этот мерзавец дерзок и хитер. Он уже дважды пытался убежать, один раз прикинувшись мертвецки пьяным, вот как сейчас.

Дагнарус подошел к Шакуру, наклонился и с силой сжал ему мошонку. Узник вздрогнул и застонал, но не открыл глаз и не вскочил на ноги.

— Если он притворяется спящим, тогда надо быть самим чертом, чтобы выдержать такую боль, — сказал принц, обращаясь к ухмыляющимся солдатам. — Мы вдвоем вполне с ним управимся. Еще раз спасибо за службу. Передайте капитану Арготу, что я велел дать вам недельный отпуск за ваши старания.

Солдаты ушли.

— А как насчет этой женщины? — спросил Гарет, когда они завернули Шакура в сутану послушника, предварительно убедившись, что руки и ноги узника надежно связаны.

— Ей уже заплатили, — ответил Дагнарус. — И хорошо заплатили. Она честно заработала свои деньги. А ты бы лучше подумал о том, как нам вымыть эту скотину!

После того как Шакура переодели и проверили надежность кандалов, Дагнарус взвалил узника себе на плечо. Голова и руки Шакура безжизненно свисали у него за спиной.

— После этой прогулки мне придется сжечь всю одежду, — поморщившись, заметил Дагнарус. — Ну и вонь!

— Поторапливайтесь, ваше высочество, — сказал Гарет, недовольный легкомысленным настроением принца. — Нам нельзя терять ни минуты. К часу ночи мы должны быть в Храме и успеть приготовить все для ритуала. А сейчас уже почти полночь.

Они вышли из трактира, унося с собой Шакура. Когда проходили через зал, несколько голов обернулось в их сторону, однако никто не сказал ни слова. Вопросов здесь действительно не задавали. На улице же они вполне могли сойти за парочку гуляк, волочивших домой своего перепившегося дружка. Они выбрали кружной путь к Храму, подойдя с задней стороны.

Помимо парадного, у Храма имелся и черный вход. Массивные двустворчатые ворота были достаточно широки, чтобы через них могли проехать телеги, груженные мешками с мукой и бараньими тушами для кухни и флягами вина и эля для погреба. Телеги въезжали прямо в хозяйственное помещение. Там их разгружали, и груз затем исчезал в гулких недрах кладовых.