Шрифт:
Немного остыв, тот согласно кивнул.
— Да, а что с публикациями нашей питерской дурочки? Есть что-нибудь новенькое? — внезапно вспомнил о болтливой журналистке Шамиль.
— Я слежу за ее творчеством. После статьи о готовящихся убийствах в Исламабаде и Катаре других новостей не было. Пока молчит…
— О Всевышний, лишь бы ей не заинтересовались спецслужбы!.. Не хотелось бы лишиться такого источника информации. Дай ей Аллах здоровья и успехов в работе…
— Не стоит за нее переживать, — успокоил Арсен, собирая со стола исписанные тетради. — Эта баба, несомненно, имеет выходы на ФСБ — иначе, откуда бы она черпала секретные сведения? А раз так — то и бояться ей некого…
— Да, ты прав, — кивнул Татаев, направляясь к откинутому пологу. Уже снаружи, повеселевшим голосом напомнил: — Тебе надо бы отдохнуть после трех бессонных ночей. Можешь наведаться в Малые Веранды…
Помощник решил, что Шамиль ушел и, порадовавшись скорому свиданию с красавицей Ириной, расплылся в довольной улыбке. Однако тот задержался у большой штабной палатки и, вдруг громко засмеявшись, крикнул с улицы:
— Хотя и там благоверная Амаль тебе, вряд ли позволит выспаться…
Глава четвертая
Горная Чечня
Приблизительное местонахождение Главного штаба было выяснено, посему простившись с могилой погибших товарищей, Извольский с Северцевой затолкали на заднее сиденье «уазика» связанного Умалатова и, вернувшись к развилке дорог, выбрали ту, что вела к Гомхою. Путь предстоял недолгий — село находилось всего в шести километрах. А если учесть, что в этом горном ауле наверняка обитали люди, связанные с бандой Абдул-Малика и в мгновение ока доносившие ему о любых подозрительных чужаках, то появляться не следовало даже на дальних подступах к этому аулу.
Найдя приемлемое укромное место на безопасном удалении от населенного пункта, подполковник остановил машину, выгнал пассажиров наружу, собрал вещи — ранцы с оружием и замаскировал вездеход срезанными ветвями ельника. Спустя четверть часа троица карабкалась по каменистому взгорку на юго-восток, а когда удалось выбраться на небольшое плоскогорье, Георгий объявил кратковременный отдых…
Пока попутчики отлеживались, восстанавливая дыхание, сбитое быстрым восхождением, он развернул карту и приступил к детальному изучению местности. По его расчетам чеченский лагерь был разбит где-то между Гомхоем и устьем реки Шароаргун, берущей свое начало в этих горах. Район для обустройства базы спецназовец оценил по достоинству — в трех-четырех километрах к северу ютился все тот же Гомхой с асфальтовой дорогой, ведущей в центральную Чечню, а на том же удалении к югу пестрой ленточкой извивалась Грузинская граница, со стороны которой вряд ли стоило ожидать вражеских атак.
Извольский был нимало наслышан об огромной банде, о ее кровожадном и хитром предводителе, о современном вооружении и оснастке, закупаемыми целыми партиями где-то в Пакистане. Не мог он не догадаться и о беспрецедентных мерах безопасности, устроенных на подступах к обширной базе. Тем более что с некоторых пор на ее территории разместился и Главный штаб вооруженных сил Ичкерии. Все это говорило о необходимости соблюдать максимальную осторожность, приближаясь к искомой цели…
А пока подполковник свернул и спрятал в карман карту, не спеша выкурил сигарету и поднялся на ноги, без слов давая понять спутникам, что отдых окончен.
— Пойдешь первым, — бросил он Умалатову, пропуская его вперед. — Держи курс вон на ту живописную низинку.
Чеченец со связанными впереди руками нехотя поплелся в указанном направлении. Дав отойти ему метров на двадцать, тронулись в путь и Жорж с Северцевой…
— Зачем мы тащим амира с собой? — прошептала она, вышагивая рядом с командиром. — Можно было связать его и оставить. На обратном пути забрали бы.
— Очень скоро он нам пригодится, — отвечал тот, беспрестанно посматривая то вперед — на пленника, то под ноги.
«Странно… И для чего нам тут сдался этот Умалатов? Еще, неровен час, сбежит!» — недоумевала девица, оглядывая нагромождения холмов, укрытых зелено-палевым одеялом хвойных лесов.
— Знаешь, ты бы заняла свое место в маршевом строю, — внезапно прервал ее вялые размышления напарник.
Молча выполнив просьбу, она слегка надула губки — слишком уж резковатым показалось напоминание командира о заведенном в «Шторме» порядке.
— Арина, ты ведь не на Невском проспекте. Иди за мной точно след в след! — снова отчитал ее Георгий, когда, обернувшись, обнаружил весьма вольную прогулочную походку Северцевой с расслабленным любованием красотами окружающей природы.
— Да что же здесь может случиться, Георгий Па…
В этот миг впереди раздался оглушительный грохот, и подполковнику снова пришлось прикрывать девицу собственным телом. Теперь она не барахталась и не выказывала недовольства, а тихо лежала под ним, лишь зажмурившись и зажав ладонями уши. По прошествии нескольких секунд, когда сверху перестали падать то ли камни, то ли осколки взрывного устройства, а многократное эхо стихло, Северцева приоткрыла глаза…
— Георгий Павлович, — испуганно прошептала она, почему-то не двигаясь и не собираясь высвобождаться из крепких объятий, — вы не могли бы почаще ставить меня на место?