Дорога до возвышенности, выходящей на окраину Малых Веранд обрывистым неровным краем, заняла у него около часа. Вернувшись на облюбованное ранее место, он быстро подкрепился сухим пайком и занялся наблюдением за домом Умаджиева. В пределах огромного участка все выглядело так же, как и вчера, и сегодня утром: «Джип» с «Нивой» стояли у ворот; охранники без дела слонялись по саду; с крыльца изредка спускались то некрасивая чеченка, то два ее сына, то сам Арсен…

Однако незадолго до вечернего сеанса связи с Ариной хозяин дома выскочил на улицу и опрометью побежал в соседний дом, где расположилась группа боевиков, заявившаяся в село ранним утром на четырех автомобилях. Подполковник долго и не без тревоги смотрел на дверь, за которой он исчез, пока в нагрудном кармане призывно не зашипел «Вертекс»…

— «Континент», ответьте «Островку»… — раздался тихий голос Северцевой.

— «Островок», я «Континент», как у тебя дела? — обрадовано ответил командир.

— Я в логове гостеприимного «клиента»… второй этаж. Пока все нормально…

— «Клиент» чем-то озабочен и только что отбыл к соседу, — предупредил он. — Будь на стороже!

Девушка секунду помолчала, потом неуверенно молвила:

— Не знаю… Постараюсь… Но внутри все спокойно.

— Как он себя ведет?

— Кажется, клюнул. Наедине еще не беседовали.

— У тебя все?

— Пока все…

— Понял, «Островок», заканчиваем. Для экстренных случаев я на связи. Удачи тебе…

— Ну-ка озвучь еще разок этот отрывок, — попросил Татаев.

Арсен опять повернул газетный листок к свету и зачитал:

— К сожалению, мне не удалось побеседовать до старта операции «Возмездие» с руководителем спецгруппы подполковником Георгием Извольским — отменным профессионалом, филигранно выполняющим поставленную перед ним задачу. Но я обещаю исправить досадную оплошность и взять у заместителя командира ОСНаз «Шторм» интервью сразу же по окончании его опасной командировки в горную Чечню. Надеюсь, ему будет, что рассказать нашим читателям…

— Довольно, — остановил его Шамиль, не желавший вторично услышать про нападение на лагерь приемника Умаджиева, и про захват русским спецназом Умалатова. Секунду помолчав, нервно проворчал: — «Шторм» — это серьезно… Придется пораскинуть мозгами, как с ними сладить…

— Что ты намерен предпринять? — полюбопытствовал молодой родственник.

— У нас везде есть надежные люди. Основная база «Шторма» находится в Санкт-Петербурге. Придется выходить на связь с питерскими братьями. А уж они, думаю, изыщут способ, как поквитаться с этим подполковником за смерть наших лучших амиров и заставить его выйти из леса.

Вернувшись к себе, Арсен около часа бесцельно слонялся по мужской половине дома. Дети были на втором этаже, где-то в комнатах жены и его не беспокоили. Посему сначала он расхаживал по своей большой спальне, находясь под впечатлением очередной статьи Снегиной, проливающей свет на личность человека, руководящего уничтожением его — Умаджиева, единоверцев. Потом, немного успокоившись, все настойчивее устремлял помыслы к Наджие — очаровательной девушке, живущей отныне поблизости — этажом выше.

Толком не разглядев беженку через тонированное стекло «Джипа», чеченец решил было, что нашел отличную кандидатуру на роль шахидки, однако немногим позже изучая сидящую рядом девушку, уже думал совсем о другом: «А почему, собственно, не взять ее в жены?! Кто и что мне мешает? Пусть Амаль занимается сыновьями, ведет хозяйство — у нее неплохо это получается. А не пожелает — Шариатский суд легко разведет нас. У нее предостаточно золотых украшений — моих подарков. Не пропадет. А Наджия… Эту милую девочку я теперь ни за что не отпущу! А коль она будет всегда рядом, так и отпадет нужда мотаться в райцентр к Ирине…»

С этими же мыслями он подошел к вмонтированному в стену сейфу, набрал секретный код и открыл массивную дверку. На самой верхней полке, где хранилась наличность, лежала квадратная коробочка с золотым браслетом, купленным ко дню рождения жены.

— Ничего страшного… И Амаль не останется без приятного сюрприза, — прошептал кавказец, пряча дорогую вещицу в карман домашнего халата. Решив же пока вернуться к изучению прессы, снова присел у кипы газет, с улыбкой раздумывая вслух: — Через часок навещу красавицу в ее спальне. Могу же я на правах гостеприимного хозяина поинтересоваться, как она устроилась и довольна ли условиями…

Спустя несколько минут в его руках оказался последний номер питерской газеты, и он с удивлением обнаружил на первой странице еще одну — самую свежую статью все той же Анны Снегиной…

— …Поэтому, на недавно организованной специально для меня короткой встрече на одной из засекреченных баз разведывательной службы, где весьма компетентный человек, имени которого по понятным причинам я назвать не могу, намекнул, что в самое ближайшее время не исключает возможности заброски в дальние глухие села южной Чечни наших агентов, — Арсен стремительно водил глазами по строчкам, нашептывая пересохшими губами текст и чувствуя, как поперек горла встает какой-то жуткий твердый комок. Нащупав рукой пиалу и, опрокинув в рот остатки холодного чая, он продолжил быстрое чтение: — Под видом беженок или беженцев они будут селиться вблизи горных лагерей бандитских вооруженных формирований и по крупицам собирать информацию о людях, имеющих прямое отношение к высшему руководству мятежной республики Ичкерия. Ну а далее, по мере поступления ценной информации, наступит очередь подразделений спецназа. Такого, например, как группа знаменитого подполковника Извольского…