— О господи... — пробормотал Сэм. — Эрл, что это значит?

— Папа, что это...

— Ты, главное, не бери в голову, Боб Ли. Тут не из-за чего волноваться.

Он поднял сына на руки, так как заметил испуг мальчика и расстроился из-за этого. Нужно было крепко обнять Боба, чтобы успокоить; самого Эрла в детстве никто никогда не обнимал. Но в этот миг их присутствие на крыльце было замечено, и вся делегация поднялась с мест и, покинув в гостиной несчастную Джун, кинулась к Эрлу.

Уже через секунду он понял, что вся эта толпа явилась совсем не затем, чтобы линчевать его.

— Ну, Эрл, слава богу, вот и вы, — произнес полковник Дженкс сердечным тоном, нисколько не похожим на его обычную суровую речь. — А то Джун напугала нас, сказала, что вы с мальчиком и прокурором Винсентом отправились охотиться к югу от Блу-Ай.

— Мы рано вернулись.

— Неужели не повезло? Что-то я не вижу туши на багажнике.

— Повезло как нельзя лучше. Все получилось прекрасно. А теперь, сэр, позвольте узнать, что тут происходит. Вы ведь не каждый день заглядываете в гости, да еще в компании с «кадиллаком».

Он опустил сына на крыльцо.

— Беги, Боб Ли. Похоже, что этот народ прикатил, чтобы поговорить с твоим папой. Джуни, дай мальчику лимонада.

— Пойдем-ка, Боб Ли, — пропела Джун, забирая мальчика под свою надежную опеку.

Эрл повернулся, чтобы лицом к лицу встретиться с тем, что его ожидало, невзирая на то, чем это могло оказаться. Все так и стояли на крыльце в бледном свете ранних сумерек.

— Эрл, я хочу представить вам Фила Маккея из аппарата губернатора Беккера, а также Лейна Броджинса, работающего на самого конгрессмена Гарри Этериджа.

Оба названных посетителя выступили вперед и, широко улыбаясь, протянули ему руки. Эрл молча пожал их. Он смотрел мимо них и видел, что Джун тоже постаралась подготовиться к будущему, каким бы оно ни было: чемодан, тот новый, самый лучший, который он купил для нее, когда она в прошлом году ездила в Кейп-Джирардо на похороны матери, лежал на столе. А в чемодане он увидел аккуратно уложенную одежду: рубашки, носки, брюки, нижнее белье. И еще — свой новый кольт тридцать восьмого калибра, обернутый чистой тряпочкой и вложенный в наплечную кобуру. Это было то самое оружие, которое следовало упаковать в первую очередь, что бы там ни было. И Джун это знала.

— Эрл... Можно я буду так называть вас, Эрл? — заговорил человек губернатора. — Эрл, вы должны знать, как высоко Фред Беккер вас ценит. Нам всем известно, что вы, можно сказать, ввели его в губернаторскую резиденцию.

— Это было несколько лет назад, — ответил Эрл.

— Да сэр, это было. Теперь... ну, в общем, Лейн, расскажите ему сами.

Этот Броджинс, вашингтонский щеголь, рядом с которым Маккей казался чуть ли не сельским увальнем, выступил вперед и положил на плечо Эрла холеную руку с маникюром.

— Эрл, вы знаете, что конгрессмен Этеридж... черт, Гарри... что Гарри тоже очень высоко вас ценит. Вы один из трех арканзасцев — обладателей Почетной медали. Гарри называет вас своими мальчиками.

На это Эрл лишь кивнул. Он достаточно хорошо знал Хозяина Гарри и слишком мало доверял этому пронырливому политикану-краснобаю, пришедшему к власти через организацию старика Рея Бами в Форт-Смите. Хозяин Гарри, происходивший из Полка, выбившийся в Форт-Смит и сумевший из мальчика на побегушках превратиться в секретаря Демократической партии, члена городского совета, мэра и конгрессмена, далеко превзошел своего наставника. Прорвавшийся в Вашингтон за рекордно короткое время, еще довольно молодым, он быстро усвоил столичные уроки, разгадал загадки системы и понял, что нужно делать, чтобы постоянно оказываться на ключевых позициях. Он находился там уже так долго, что превратился в настоящую силу, особенно теперь, сделавшись председателем какого-то комитета, где заседали люди с туго набитыми кошельками.

— Губернатор всегда говорит: «Эрл самый способный человек во всем Арканзасе», — сообщил Фил.

— Эрл, — сказал Сэм, — на твоем месте я поглубже засунул бы бумажник в карман. Этим ребятам что-то очень нужно.

— Погодите, погодите, мистер Сэм, — поспешно заговорил Фил. — Конечно, вы прокурор округа Полк, но вы еще и лучший друг Эрла, так что было бы хорошо, если бы вы посоветовали ему выслушать нас, потому что мы привезли кое-какие чертовски хорошие новости.

— Давайте послушаем их, — предложил Эрл.

— Эрл, — сказал Фил, — вам приходилось иметь дело с гангстерами. Вы знаете, как дурачат они людей, как завладевают чужой собственностью, как убивают тех, кто оказывается у них на пути. Вам хорошо известно, как все происходит на самом деле.

— Но дело в том, — подхватил Лейн, — что, по меткому замечанию сенатора Кифовера, преступники теперь не ограничиваются теми городами, где начали свою, с позволения сказать, деятельность. Преступность становится общенациональной. Вы же смотрели эти слушания, Эрл. Преступность теперь повсюду.